Трон из пепла

– В этом нет необходимости, – быстро ответил он и запрыгнул в седло одним резким движением. – Кто-то из них сопровождает королеву Фенстеда?

Юноша побледнел, и Ника настигла новая вспышка ярости от того, что она тайно смогла покинуть город без сопровождения. И хотя он знал, что Тория подкупила бы и заставила замолчать любого, лишь бы ускользнуть одной, Ник все же решил выплеснуть часть своего сдерживаемого разочарования на королевскую гвардию.

Сгорая от нетерпения, Ник быстрым галопом вылетел с территории замка.

* * *

Король Николас замедлил коня после трех изнуряющих часов скачки. Он похлопал кобылу по шее в благодарность за быстрый галоп, в то время как не находил покоя при мысли о том, что Тория проделала весь этот путь одна по холмам. Здесь могло бродить множество разбойников, фейри или людей, которые напали бы на богатую особу, даже если бы не поняли, кто она такая.

Сердце перестало бешено биться, когда он заметил ее, сидящую на берегу огромного озера. Ник спешился, привязывая свою коричневую кобылу к ближайшему дереву у одного из соседних ручьев.

Король медленно направился к Тории, когда убедился, что она в безопасности.

Это было прекрасное место, одно из самых заповедных в Хай-Фэрроу. Спрингхилл очень напомнил Нику Вечные леса Фэрроухолда, но гораздо более обширные. Он бывал в Фенстеде всего один раз, когда ему исполнилось чуть больше ста лет. Здешние открытые зеленые холмы были усеяны яркими цветами, озеро распадалось на небольшой лабиринт ручьев, а зеленый лес простирался на многие километры.

Спрингхилл напоминал родину Тории. Насколько это возможно в чужом королевстве.

Когда Ник приблизился, Тория с помощью своей магии пробуждала цветы вокруг. Сердцевиднные лилии. Они были с белыми лепестками и ярко-красной сердцевиной из тонких прожилок – цветок, который впервые естественным образом распустился в Фенстеде много тысячелетий назад, на поле битвы со множеством смертей, и с тех пор стал данью уважения павшим в ее королевстве. Тория изящно сплела созданные ею цветы в маленькую красивую гирлянду.

Она, без сомнения, уже заметила присутствие Ника, но не бросила свое занятие.

– Тория, мне так жаль, – тихо начал он, когда подошел достаточно близко.

Ее карие глаза сверкнули красивым ореховым оттенком в солнечном свете, когда она посмотрела на него, и от ее легкой улыбки у него перехватило дыхание, но чувство вины лишь сильнее давило на грудь. Тория жестом пригласила его присоединиться к ней.