Трон из пепла

Не веря в услышанное, Ник вскрыл одно из писем, стараясь не смять его при упоминании принца. Король лишился дара речи, бегло читая его. Кровь стучала в ушах, пока слова разжигали его гнев, горечь, поражение.

– Они готовы обсудить союз, – продолжила она без капли радости и надежды. Ник просмотрел следующее письмо, потом еще одно, не в силах остановиться, несмотря на душевные муки. – Между Фенстедом и Олмстоуном.

Новость поразила его, как удар под дых. И он скомкал письма, когда ладонь непроизвольно сжалась.

Тория подтвердила то, о чем он уже догадался: она намеревалась заручиться поддержкой Олмстоуна только как королева Фенстеда, а не как подопечная Хай-Фэрроу.

Ник в ярости вскочил на ноги. И почувствовал себя преданным, когда посмотрел на нее сверху вниз.

– Как ты могла так поступить? Как можешь доверять им после всего, что мы знаем?

– Если ты позволишь мне объяснить…

– Они используют тебя и лишат реальной власти, как только получат твой трон.

 – Он не мог остановиться.

Тория была спокойна, когда стояла.

– Ник, просто…

– После всего, через что мы прошли, как ты могла?

– Николас! – Ее резкий голос застал его врасплох. – Боги, если бы ты мог перестать наслаждаться собственной напыщенностью хотя бы на две минуты и позволил мне объяснить!

Губы Ника сжались. Он сосредоточился на своем дыхании и достаточно успокоился, чтобы понять, что должен ее выслушать.

– Ты сказал, что нужно найти способ следить за Олмстоуном.

Что ж, вот он. – Она потянулась к письмам, которые он крепко сжимал в приступе ярости.

Все встало на свои места, и бушующий в душе гнев превратился в леденящий отчаянный страх. Ник замотал головой.

– Ни за что на свете, будь оно проклято, – прорычал он.

Ник не мог даже слушать это, не говоря уже о том, чтобы представить ее в руках врага. Но если Тория собирается отправиться туда в качестве шпионки… Он не верил, что ее имени и титула окажется достаточно, чтобы спастись от ярости Варласа.

– Я не просила разрешения, – возразила она.

Ник яростно дышал, когда шагнул к ней.

– Ты не отдашь свою жизнь на их милость. Если они узнают о твоих намерениях, я не смогу вмешаться так быстро, чтобы тебя спасти. У него будет причина казнить тебя на месте.

– Я уже все решила. – Ее голос был твердым. – Мне надоело бездельничать.