Тысяча поцелуев

Они были великолепны, – с улыбкой сказал Рори.

– Да, – с энтузиазмом кивнула Финли, облизывая с пальчиков сироп.

– Ты вроде бы говорила, что не умеешь готовить.

Сердце Шеннон забилось быстрее. В глазах Рори светились тепло и радость. Повседневная радость, обычная между хорошими друзьями или в кругу семьи.

– Я и не умею, не считая тех блюд, которые принято готовить на завтрак, – они обычно очень простые.

– Что ж, оладьи ты готовишь лучше всех.

От этого простого комплимента по всему ее телу разлилось тепло.

– Никогда не видел столько снега, – сказал тем временем Рори, глядя в окно.

– Это же Пенсильвания.

– Как вы с этим справляетесь?

– Предпочитаем пережидать такую погоду, сидя по домам.

– Наверное, вы играете в какие-нибудь игры? – заговорщицким тоном спросил Рори.

Шеннон поняла, что таким образом он пытается подготовить Финли к новостям, надеясь показать ей, как замечательно можно провести день в засыпанном снегом доме.

– Конечно. Мы знаем много игр! – Она с энтузиазмом поддержала его затею. – А еще мы печем печенье.

Финли, полностью сосредоточенная на второй порции оладий, не обращала на них ни малейшего внимания.

– Я люблю печенье, – улыбнулся Рори, украдкой косясь на дочь.

– А кто его не любит? Но это особое сахарное печенье. Я режу его с помощью формочек, а потом раскрашиваю глазурью. Получаются сахарные домики, церкви, колокола…

Финли подняла на нее неожиданно злой взгляд:

– В смысле – рождественские колокола?

– Конечно, – кивнула Шеннон.

– Я ненавижу Рождество! – крикнула малышка.

Она сказала об этом уже в третий раз. Похоже, Рождество ей действительно чем-то серьезно насолило.

– Хорошо. Тогда как насчет того, чтобы поиграть в карты? – предложила Шеннон.

– Я думала, мы уезжаем, – сказала Финли, напряженно глядя на отца.

– Прости, милая, к сожалению, это невозможно, – покачал головой Рори. – Дороги замело снегом, мы не сможем проехать. Нам придется провести здесь еще несколько часов, а может, и целый день.

Финли вздохнула с видом наследницы многомиллионного состояния, которая в любой момент может сорваться и закатить нерадивым слугам истерику.

Решив не мешать разговору отца с дочерью, Шеннон встала и направилась к двери.