Укромное место

Прочь все мысли, только активный труд!

Я покопалась на полках под раковиной и нашла жидкое средство для пола, средства для очистки поверхностей и полировки мебели, а также тряпки из микрофибры. В нижнем шкафу обнаружились ведро, швабра и пылесос. А за клетчатыми занавесками я также нашла легкую стремянку, с помощью которой добралась до навесных шкафов.

Я открыла их один за другим, включая тот, в который только что положила кофе, рис и соусы. Полки были застелены старыми газетами. Я их вытащила и бросила в картонную коробку для мусора рядом с кухонной дверью.

Я не знала, как эта коробка использовалась изначально, но решила, что она для мусора чудесно подойдет. Судя по датам и липким следам из-под старых бутылок и банок, эти газеты лежали в шкафах много лет подряд. Мне нечем было их заменить, но я никогда не заморачивалась с тем, чтобы застилать чем-то полки, так что не видела смысла и начинать это делать.

Я старательно протёрла шкаф, опрыскала старые деревянные двери средством для полировки мебели, чтобы придать им блеска.

Впрочем, после первой же попытки я оставила эту затею, потому что двери были покрыты плотным слоем жира и прилипшей пылью. Вместо этого я использовала мыльную воду, чтобы очистить их.

Это заняло кучу времени, и к моменту, когда закончила, я уже страшно вспотела. Волосы были влажные, одежда тоже. Я посмотрела на часы и поняла, что уже середина дня, традиционное время сиесты. Пилар сказала, что в Испании сейчас работают в режиме 24/7, то есть круглосуточно, так же, как и во всем остальном мире, но если у людей есть такая возможность, они стараются выделять время на сиесту.

«В конце концов, – заметила она, – мы поздно ложимся. Нам просто необходимо немного вздремнуть в середине дня».

Я тогда над ней посмеялась, но сейчас мне казалось, что сиеста – это отличная идея. Я была уверена, что не засну, но, вероятно, двадцатиминутный перерыв мне не помешает. Я закрыла дверь, но оставила окна открытыми, оставшись под надежной защитой железных решеток.

Разговор с рыжей Розой помог мне немного снизить паранойю от пребывания в одиночестве. И конечно же, привидения (если бы я в них верила) не появятся при свете дня.

Я пошла наверх и легла на кровать. Несмотря на обещания, данные себе, не думать о Брэде, как только закрыла глаза, я стала снова думать о нем. Я гнала прочь эти мысли и от этого, конечно, думала о Брэде еще больше. Любил ли он меня так же, как я его? Меня ужасно мучил этот вопрос.