Укрытие. Книга 2. Смена

Если честно, то игрок выигрывал или проигрывал уже в тот момент, когда компьютер тасовал колоду. Все остальное сводилось лишь к процессу выяснения результата.

Для компьютерной игры оформление было абсурдно примитивным. Вместо карт Трой видел на экране решетку с буквами, цифрами и значками: &, %, *, +, обозначающими масть. Троя бесило, что он не знает, какую масть обозначает каждый из значков. Хотя все это было условно и, в сущности, не имело значения, незнание все равно его разочаровывало.

На эту игру он наткнулся случайно, просматривая папки в компьютере.

Немного поэкспериментировав, он научился переворачивать карты клавишей пробела и перемещать их клавишами стрелок, на такие задачи у него времени хватало с избытком. Кроме встреч с руководителями отделов, просмотра заметок Мерримана и перечитывания Правил, у него оставалось время, чтобы запереться в туалете своего офиса и рыдать, пока сопли не начинали стекать по подбородку. Время сидеть под обжигающим душем и дрожать. Время прятать таблетки за щекой и приберегать их до момента, когда душевная боль становилась невыносимой. Время гадать, почему эти таблетки не дают прежнего эффекта, хотя он и удвоил дозу.

Возможно, отупляющее воздействие игры и было причиной, почему она вообще существовала, почему кто-то затратил усилия на ее создание и почему все предшественники Троя прятали ее в укромном месте на диске компьютера. Он видел это на лице Мерримана, когда они ехали в лифте в конце его смены. Таблетки забирали лишь бо?льшую, но все же только часть боли, которую словами было не выразить.

Место боли заняли раны. И этим внезапным приливам тоски должна была быть причина.

Пока его мысли бродили где-то далеко, последние несколько карт легли на место. На этот раз компьютер перетасовал колоду на выигрыш, и Трою выпала честь в этом убедиться. На экране появилось сообщение большими буквами: «ХОРОШАЯ РАБОТА!» Трой испытал странное удовлетворение, когда ему поведала об этом примитивная игра – в смысле, что он проделал хорошую работу.

И ощущение завершенности, потому что сегодня что-то сделал.

Он оставил сообщение мигать на экране и обвел взглядом офис, высматривая себе другое занятие. Предстояло сделать поправки к Правилам, написать сообщения руководителям других укрытий и при этом проследить, чтобы язык в этих сообщениях соответствовал непрерывно меняющимся стандартам.

Он и сам ошибался, часто называя их «башнями» вместо «укрытий». Тем, кто жил во времена Наследия, переключиться было трудно.