Упрямая красотка

Зачем ему лгать мне?

Нико уважал отношение Изабель к человеку, который ее воспитал.

– Вероятно, Франко – твой дядя Франк – скрывал правду ради твоего блага. Ты принцесса. Тебя могли бы убить, если бы знали, что ты выжила.

– Невозможно поверить.

– Есть способ проверить, говорю ли я правду.

Она резко подняла на него глаза:

– Какой?

Он вытащил цепочку из-под рубашки:

– Проверим, подходит ли к ларцу мой ключ.

* * *

«Только бы ключ не подошел!» – твердила себе Иззи, пока ехала домой за ларцом вместе с Бойдом и Джованом.

«Нико – мой муж! А я – наследная принцесса!»

У Иззи затуманился взор, у нее закружилась голова.

Возможно, другие женщины оказались бы счастливы узнать о том, что замужем за иностранным красавцем принцем. Но только не Иззи. О, конечно, она хотела вступить в счастливый брак, но ей не нужна была сказка с причудливыми замками, сверкающими драгоценностями и принцем-очаровашкой.

Открылась дверь в кабинет Роуди. Вошли Нико, Джован и босс Изабель.

– Всего несколько минут, Иззи, – сказал Роуди. – Дункан Мур уже в пути.

– Спасибо. – Иззи попросила Роуди позвонить одному из его клиентов, который был знаменитым адвокатом в Шарлотте. Ей нужно было поговорить с ним до того, как Нико и Джован попытаются забрать у нее ларец. К удивлению Изабель, Нико предложил оплатить услуги адвоката.

От волнения у нее засосало под ложечкой.

Лысый Дункан Мур – мужчина под шестьдесят, состоящий в третьем браке, – с важным видом вошел в кабинет. На любом другом человеке галстук-бабочка в горошек выглядел бы нелепо, но на успешном адвокате смотрелся выигрышно.

– Извините за опоздание. Иззи? – Дункан посмотрел на Нико и поклонился: – Ваше королевское высочество?

Нико кивнул Дункану:

– Это мой помощник и адвокат Джован Новак.

Джован пожал руку Дункану.

От серьезности ситуации у Иззи по спине пробежала дрожь.

– Теперь можем начинать, – сказал Нико.

Обстановка в кабинете стала напряженнее в несколько раз. Ноги Иззи так сильно дрожали, что ларец подпрыгивал на ее коленях. Она поставила его на стол Роуди и открыла крышку, затем отодвинула обтянутую бархатом планку, открывая замочную скважину.

– До смерти дяди Франка я не знала, что планку можно вынимать. Он разрешал мне смотреть на ларец, но запрещал к нему прикасаться.