Уроки музыки и любви

Она смотрела на него, не зная, как отнестись к его надменному поведению. Хотя он сам явно не считал его таковым.

– Полагаю, нам будет легче начать урок, если вы впустите меня в дом. – В голосе его послышалось нетерпение, но лицо оставалось невозмутимым.

Кэсс почувствовала неловкость, будто была плохо воспитана.

– Конечно, я… вы не хотите поставить свою машину в гараж?

Не удосужившись взглянуть через плечо, обтянутое пиджаком от Армани, на свой матово поблескивавший «мерседес», стоявший на площадке перед домом, он отрицательно качнул головой:

– В этом нет необходимости.

– Ну, тогда хорошо. Проходите, пожалуйста.

В девятнадцатом веке, когда был построен дом, это была задняя комната. А теперь здесь стоял рояль «Фазиоли». И практически больше ничего. Только огромное кресло, в стиле времен королевы Анны, для редких гостей, и крошечный круглый столик.

Указав на широкую гладкую скамью, сделанную тоже в стиле «Фазиоли», Кассандра предложила:

– Садитесь.

Он уселся на скамью, поставленную перед роялем, при этом умудряясь выглядеть гораздо более непринужденно, чем выглядела бы Кэсси, если бы очутилась в его многоэтажном офисе.

Миллиардер был высокого роста – более шести футов, – и скамья оказалась для него низковата, но от этого мужчина не выглядел неуклюжим. Его фигура не была худой или толстой, как у многих пианистов, которых знала Кэсси. Крепкий, мускулистый мужчина. У него были сильные руки, с длинными, но толстыми пальцами, что совершенно не подходило для пианиста или миллиардера, насколько она понимала.

Возможно, этот сказочно богатый Адонис просто не обладал геном неловкости, как многие другие обычные люди…

– Может, вы хотите что-нибудь выпить перед началом занятий?

– Мы уже потратили несколько минут из нашего часа. Может быть, вы не будете тратить время на всякие любезности?

– Я позанимаюсь с вами немного дольше, чтобы восполнить это время, – поспешила оправдаться Кэсси, тут же почувствовав себя виноватой, в то же время понимая, что ей не за что себя винить.

– Договорились. – Странно, но его резкий тон немного снял с нее напряжение.

Или, возможно, это произошло оттого, что он пришел без своего окружения, чего она так боялась? Так или иначе, Кэсси стало немного легче.