Страна холодного солнца

Командир с плохо скрываемым злорадством подмахнул и передал выписку Парашину.

Тот читал без интереса, пока не дошел до последней фразы: «Буйковая станция поставлена по настоянию начальника экспедиционного отряда капитана 2 ранга Парашина». Брови поползли вверх, глаза налились кровью.

– Штурман, это что за чушь?!

– Никак нет, это не чушь, это юридический документ.

На лица Ярина и Гапонова, взглядами поощрявших штурмана, легла печать глубокого удовлетворения. От злобы и бессилия начальник экспедиционного отряда скрипел зубами, поиски виновных нужно было прекращать и немедленно начинать нелегкий, долгий процесс списания буйковой станции.

А что поделаешь, никуда не деться, так работает бумеранг кармы.

Первый айсберг

Судно упорно шло на юг. Пересекли 53 параллель, навигационных карт на эти районы нет, и штурмана работают на картах-сетках.

После злоключений с буйковой станцией шторма в 5–6 баллов эмоций не вызывают. Идет повседневная, рутинная тягомотина – вахта, прием пищи, отдых, вахта… и так круглые сутки.

Единственным развлечением было наблюдать за жирующими китами.

Периодически на поверхности появлялись огромные пятна красного цвета – это скопление криля, который с удовольствием пожирают киты.

Надо сказать, зрелище это было захватывающим – огромная махина заныривает под пятно, раскрывает пасть и выныривает. Через ус кит пропускает больше ста тонн воды и отцеживает до полутонны криля, а это миллионы рачков.

Командир, стоя на крыле мостика, наблюдал за семейством китов, уничтожающих очередное скопление криля, и напевал припев популярной песенки:

Если б было море пива,

Я б дельфином стал красивым…

«А что, вот те пиво, вот те креветки, хоть и мелкие, но все же, не жизнь – мечта!»

Ярин огляделся: вокруг ничего, только одинокий поморник парит за кормой, словно привязанный.

– Штурман, глянь в локацию, что у нас там по курсу.

Штурман отложил корректурный журнал, подошел к радиолокационной станции «Дон» и включил высокое. Погонял развертку на десяти милях, ничего интересного не заметил и переключил диапазон на двадцать миль.

Прямо по курсу в семнадцати милях била здоровенная отметка. Била четко, без пропусков, на помехи не спишешь. Штурман недоумевал: «Что за хрень такая? Явно не судно, таких судов не бывает, и не остров – нет здесь никаких островов, ближайший остров Буве, так до него как до Юпитера. И чего докладывать?»

– Товарищ командир, прямо по курсу в дистанции семнадцать миль цель.