Уроки плейбоя

Над ее невинностью посмеялись: ее парень разослал друзьям фотографии их самых интимных моментов. К счастью, отец смог заблокировать дальнейшее распространение, но с тех пор она никогда никому не доверяла.

Сказав себе, что не скучает по этому, Лотти старалась не думать о чувствительном скольжении плоти по плоти, жаре и страсти прижавшихся друг к другу губ, эротическому танцу языков и освобождению сдерживаемых первобытных позывов. Страсть имеет слишком большую силу, она блокирует рациональные мысли и самоконтроль.

Ее чувственная часть спряталась в раковине и умерла… или она так думала – до сегодняшнего дня, пока Лукка Чатсфилд не поймал ее руки своими большими, мужественными ладонями. По позвоночнику пробежала дрожь, распространившись по крови, по венам. Лотти попыталась встряхнуть себя – неразборчивый плейбой, у кого меньше моральных ценностей, чем у сомнительного котяры, станет последним мужчиной на планете, с кем она когда-либо будет встречаться.

Нет. Нет. Нет. Тысячи миллионов, миллиардов, триллионов раз нет.

Лукка пил мартини, когда услышал решительный стук в дверь своего номера. Он опустил ноги с кушетки, встал, потянулся и неторопливо подошел к двери.

– Что ж, здравствуй, маленькая принцесса. Ты пунктуальна.

Взглядом зеленых глаз можно было срубить дерево. Лотти вздернула подбородок и расправила грудь в глубоком вдохе, словно призывала на помощь внутренние резервы. Лукке даже нравилась эта тщательно контролируемая темпераментность.

В ней была скрытая красота – не в лице, как у сестры, но внутренняя элегантность, которая захватывала тем сильнее, чем дольше Лукка смотрел на нее. На этот раз на ней была другая пара очков – с серебристой оправой, более тонкой, но по-прежнему придававшая ей сходство с книжным червем.

– У нас есть работа.

– Да?

Ее рот был сильно сжат, словно за губами хранился целый арсенал жалящих, резких ответов и она пыталась удерживать их там.

– Вы здесь не для праздника, а чтобы помочь мне. Этим и будете заниматься.

Лукка оперся плечом о дверной косяк:

– Не хочешь выпить?

Лотти свела брови:

– Мистер Чатсфилд, я здесь не с визитом. Я здесь, чтобы дать вам поручения для свадьбы.

– Не смеши меня. – Он закрыл дверь и улыбнулся. – Я никогда не веду дела на трезвую голову.

В ее глазах сверкало такое отвращение, что стекла очков могли запотеть или даже лопнуть.