Утро кровавого праздника

Наконец он сказал:

– Я хотел бы осмотреть дом. Если бы вы дали мне ключ, я бы скоро вернул его вам.

Последовало явное колебание со стороны арендодателя, наконец тот сказал:

– Думаю сэр, вы удивитесь тому, что я не сразу соглашусь. Сюда на днях уже приходил человек, который под тем же предлогом забрал ключ и больше не пришел. У нас от этого дома два ключа: один у меня, второй у жены.

Вот каким способом вампир Варни заполучил ключи, чтобы иметь возможность пробираться в дом.

– Как давно он провернул такой трюк? – сказал он Чарльз.

– Около двух дней тому назад, сэр.

– Это только показывает, что когда один человек поступает неправильно, подозрение в таком же поведении падает и на другого человека. Вот мое имя и адрес. Я бы хотел пойти и осмотреть дом один, потому что думаю, что могу оценить дом лучше в одиночестве, мне нужно посмотреть размеры комнат без того, чтобы за мной наблюдали и торопили меня, отрывая от процесса оценки, при всем уважении к вам.

– О, уверяю вас, сэр, – сказал мистер Нэш, – я бы совсем не был нетерпелив.

– Да, я хочу.

– О, сэр, тогда вот ключ. Джентльмену, который оставляет свое имя и адрес, мы, естественно, не можем отказать. Я сказал вам о том, что случилось, просто для поддержания разговора, я надеюсь, вы не подумаете, что я намекал на то, что подозреваю вас в том, что вы не вернете ключ.

– О, конечно нет, конечно нет, – сказал Чарльз, который был рад получить ключ на любых условиях.

Он вышел и снова подошел к пустому дому, пройдя через аллею. Вставив ключ в замок он был удовлетворен тем, что ворота сразу же открылись.

Когда он прошел через них и осторожно закрыл за собой дверь, Чарльз нашел, что оказался в красивом саду, а на некотором расстоянии впереди обнаружил дом, перед которым была хорошо ухоженная лужайка.

Он не боялся, что Варни заметит его до того как он дойдет до дома, потому что не планировал заставлять вампира разговаривать с ним.

Поэтому он прошел к лужайке не делая ничего, чтобы скрыть свое появление, а подойдя к дому позволил своим шагам быть такими громкими, какими они обычно бывают. Но никто не появился. Не было ни слышно, ни видно никаких признаков присутствия здесь какого-либо живого существа помимо него самого.