Уходя – оглянись

 – Он в курсе, что Саффрон выходит замуж, не так ли?

– Трудно остаться в неведении после вчерашних дискуссий о свадьбе.

– Вот только он как будто запал на нее. Саффрон очень миловидна, может восхищать, если пожелает, но ей никогда не приходилось думать о других, только о себе любимой. Мне не хочется, чтобы ему впоследствии было больно.

– Вы беспокоитесь о Роули или о том, что пострадает ваш клиент?

– И о том и о другом.

– Не стоит. Роули явно очарован вашей сестрой, но почтет за удовольствие восхищаться ею издали.

У этого чудака старомодные представления о джентльменстве, он никогда не посмеет печалить вас несбывшимися надеждами.

Меня, конечно, удивляло, что Саффрон не заинтересовалась Джорджем, хотя какой ей от него прок, ее не цепляет чувство юмора. Да и нужно ли чувство юмора фигуристой сирене, платиновой блондинке с изумрудными глазами?

Саффрон расцветала от необременительного обожания Роули, роль небожительницы – ее конек. Джордж поддразнивал и льстил, но, очевидно, вполне ровно дышал к ней.

Я очень старалась не радоваться по этому поводу.

«Поддержи марку Уэллерби» – нормальное название для традиционного деревенского паба. Балки под низким потолком, прочная мебель плотницкой работы и для полного счастья ни «одноруких бандитов», ни музыкальных автоматов.

Я нашла незанятый угловой столик и, пока Джордж отошел к бару, достала свое оружие – блокнот и ручку. Собирая картонные тарелки в аккуратную пирамиду, я наблюдала за Джорджем сквозь опущенные ресницы.

Я видела, как он склонился к пожилому мужчине у стойки бара. Внимательно выслушал, кивнул, затем улыбнулся – и у меня как-то странно засосало под ложечкой.

«Голод», – уверенно определила я. Надо надеяться, Джордж принесет орешков.

Он догадался. Я на лету закогтила пакетик, когда он бросил его на столик, и надорвала упаковку.

– Обойдемся без ланча, – прошамкала я, набив рот арахисом.

Я предпочла усесться на деревянные козлы и прислониться спиной к стене, подразумевая, что Джордж тогда займет высокий табурет напротив.

Но нет, я промахнулась, недооценив смекалку Джорджа, который преследовал свои цели. Он плюхнулся рядом со мной и вытянул ноги. Поднял бокал:

– Твое здоровье.

– Твое здоровье, – промямлила я, незаметно отползая к краю скамьи.

Я откровенно злилась. Джордж действовал мне на нервы. А я не из тех, кто теряет голову, завидев смазливого мужчину. Мне было неловко за себя.

Надо отвлечься.