Уходя – оглянись

Правда, я лично с ним пока незнакома, но он мне представлялся разумным и проницательным – в противоположность управляющему своего поместья.

Джордж, покачиваясь на пятках, задумался о перспективе. Ветерок трепал его прическу, солнце играло в волосах. Даже в нечищеных берцах и поношенной шерстяной куртке он выглядел моделью из каталога охотничьего снаряжения.

– Ему пришлось заняться этим, – разоткровенничался он. – Содержать древние усадьбы – дорогое удовольствие. Роули едва не выпал в осадок, когда увидел первый же разгромный счет!

– А лорд Уэллерби в курсе, что вы называете его просто Роули? – неодобрительно поинтересовалась я.

– Вместе учились в школе, – пояснил Джордж. – Пусть радуется, что называю его просто Роули!

– О, вот как! Мне казалось, он уже в возрасте.

– Нет, ему тридцать два. Он и не думал, что унаследует Уэллерби. Почивший лорд Уэллерби доводился ему двоюродным дедом. Конечно, там и сын был, и внук, наследников хватало. Но после череды семейных трагедий Роули оказался крайним и вынужден был взять на себя ответственность.

– Да, нелегко ему, верно, пришлось, – отозвалась я.

– Нелегко. Поместье немаленькое, порядком запущено, Роули – городской человек, никогда не жил в сельской глубинке. Опыта никакого, растерялся поначалу. Я не виню его.

– Вот оно что. Вы приехали сюда вместе с ним?

– Не сразу. Роули унаследовал от двоюродного деда и поместного управляющего, а тот ни в грош его не ставил. Я как раз пребывал в свободном плавании.

«Правдиво. Джордж явно из тех, кому важно найти не дело по себе, а личность», – хмуро размышляла я.

– Работой не обижены, а?

Джордж не скрывал улыбки.

– К другому я бы и не нанялся.

Определенно моя подначка нисколько не задела его.

Я шмыгнула носом.

– И все же вам, полагаю, следует уважительно относиться к своему работодателю и величать его лордом Уэллерби.

– А вы называете Хью господином Моррисоном?

– Возможно, покажусь старомодной, однако всегда полагала, что никогда не вредно упомянуть титул, чтобы выказать чуточку уважения.

– Но вы называете меня Джорджем.

– А вы привыкли именоваться?..

Он поднял ладони в знак капитуляции и улыбнулся.

– Знаете, терпеть не могу, когда меня величают мистер Чаллонер. Всегда невольно оглядываюсь, не отца ли моего поминают.