Геном

– Папа, а куда ведут эти хлебные крошки?

– К истине. Однажды мы обнаружим все кости, похожие на эти. Они укажут дорогу, как крошки указывали ее Гензель и Гретель, и мы наконец поймем, как мы стали такими, как есть… и кем станем потом.

Отец присел и заглянул девочке в глаза.

– Кости – это части головоломки, их оставили нам до тех времен, когда мы сумеем сложить все кусочки в единую картину, и наши технологии помогут разгадать загадку. На свете нет ничего важнее этого открытия. Осталось найти недостающие части.

Ну как? Ты мне поможешь?

Аделин кивнула.

– Рано или поздно мы их найдем. К сожалению, сейчас мир напоминает дремучий лес из сказки о Гензеле и Гретель. Волков ты уже видела.

Девочка собрала брови в гармошку.

Отец улыбнулся:

– Я имел в виду злого дядю в поезде. – Он заправил прядь волос за ухо дочери. – Но они тебя не достанут. Когда мама проснется, она увезет тебя в город на берегу моря. Оттуда вы поплывете в другой морской город, очень далекий.

Отец взял Аделин за плечи.

– Вернетесь, когда опасность минует.

– Ты поедешь с нами?

Мужчина промолчал.

Девочка затрясла головой.

Отец обнял ее.

– Я не могу.

– Почему, папа?

– Мне нужно работать. Если откажусь, меня найдут хоть на краю света. Вернусь в Берлин, спрячу находку, подожду до лучших времен. Вы с мамой вернетесь, когда мир перестанет напоминать дремучий лес. И мы отправимся на поиски остальных хлебных крошек. Все вместе.

Глава 1

Доктора Пейтон Шоу разбудили крики.

В метре от кровати гудел комнатный обогреватель, однако в маленькой каюте по-прежнему стоял ледяной холод.

За закрытой дверью крики сменились оживленной перепалкой. Пейтон слышала лишь обрывки фраз.

– Геномы не совпадают…

– Определенно не неандерталец…

– Новый человеческий вид…

В каюте имелось всего одно окно из толстого прессованного стекла, оно выходило в грузовой трюм корабля. Напоминающее гигантскую пещеру пространство было превращено в научно-исследовательскую лабораторию экспедиции, в которой ни на минуту не затихала лихорадочная деятельность.

В каюту просачивался белый свет флуоресцентных ламп, напоминающий лондонскую улицу в туманный вечер. Пейтон хотелось выйти наружу и выяснить, о чем шел спор, но она слишком устала от последнего погружения в затонувшую подводную лодку. Женщина попросту лежала и слушала, бесцельно шаря глазами по стенам, покрытым фотоснимками костей и мертвых тел, как в кабинете криминалистической экспертизы.