Передвижная детская комната

Звонок был где-то рядом. И тут связь оборвалась. В этот самый момент, когда воцарилась тишина, Даня на что-то наступил. И это что-то так громко хрустнуло. Раздался звук, будто маленького грызуна переехал большой грузовик. Такая картина пришла в голову Дане: здесь, на трассе, в темноте, вокруг только лес, мертвый бурундук, сломанный позвоночник, вытекающие через рот кишки.

Он опустил телефон, посветил под ноги и с криком отскочил в сторону. Сначала он подумал, что это змея и он наступил ей на голову.

Из нее натекло столько крови! Будто у нее башка была как воздушный шарик, наполненный этой самой кровью. Но… Кровь не текла и больше походила на засохшую. И ее было так много, что столько не поместилось бы в одной змее.

Через долю секунды до Дани дошло, что это была не змея.

Это была рука.

Слабый луч фонаря высветил в темноте владельца этой руки. Как такое может быть? Рука переходила в плечо, а из плеча торчал какой-то черный пень… Тут Даня понял: а ведь когда-то на этом пне росла голова его жены.

Кто-то отрезал ей голову.

Он пялился на ее труп. Перед ним была его любимая женщина в самом непристойном виде, каком только можно представить. Руки и ноги в разные стороны, головы нет, вся в крови.

Это точно она? Точно она?

Да, она. Та самая, которую он подозревал в измене, которую любил, водил когда-то в кино на ее любимые комедии, подарил ей обручальное кольцо, когда они застряли в лифте на седьмом этаже (они провели там два часа, и он больше не мог сдерживаться), а на рождение сына подарил ей электронную книгу (лучшую модель, по словам продавца).

Он видел ее бордовую футболку с логотипом TBOE, которых он называл Т80Е, она купила ее в торговом центре в тот день, когда они впервые сели в минивэн Игоря и катались по городу.

Нет никаких сомнений, это Катя, чью маму он недолюбливал (и подозревал, что это взаимно), а отца считал крутым мужиком, потому что тот бросил эту «тупую стервозную бабу». И последнее время Даня стал и сам задумываться о том, что, возможно, когда-нибудь он станет таким же, как его тесть, потому что яблоко от яблони…

Сначала он завыл.

Было желание броситься к телу и разбудить его. И он бы так и сделал, если бы не пустая шея. Тело не проснется без головы, это он понимал.

А еще он понимал, что здесь было совершено убийство, и как бы он ни хотел обнять мертвую супругу, он мог крупно вляпаться, оставить следы, уничтожить улики, если они были.