Хитрости Локка Ламоры

– Через три недели, самое большее, мы приберем к рукам все состояние Сальвары, вплоть до последних шелковых панталон его супружницы, – добавил Кало.

Мальчик испустил стон облегчения:

– Здо?рово! А со мной вот какая история приключилась: гляжу, по улице топает целая толпа желтокурточников, прямиком к вашему переулку. Я их отвлек, само собой, да таким манером, что они люто разозлились и погнались за мной. А я, значит, помчался во все лопатки в Старокрепостной квартал, к знакомому бондарю. Он ведет дела с винодельнями выше по реке, и у него во дворе полно пустых бочек.

Ну, я запрыгнул в одну из них и сказал, мол, если он разрешит мне посидеть в ней, а после Лжесвета доставит меня сюда, то заработает восемь солонов.

– Восемь? – Кало поскреб подбородок. – Этот пройдоха запросил десять, а получил одиннадцать.

– Ну… ничего страшного. – Клоп кашлянул. – Когда мне совсем наскучило сидеть без дела в тесноте и темноте, я тихонько выбрался и стянул у него кошелек. Там на два солона медяков.

Получается, часть денег мы вернули.

– Я уже собирался посочувствовать тебе, бедному, полдня проторчавшему в бочке, – сказал Галдо. – А тебя, болвана, следует хорошенько отругать за дурость.

– Да ладно тебе! – В голосе Клопа послышалась обида. – Мужик-то уверен, что я все время просидел в бочке, а потому на меня ну никак не подумает. А ты сейчас отвалил ему кучу денег, так что и тебя он всяко подозревать не станет. Все отлично вышло. Локк наверняка оценит мою проделку.

– Клоп, – сурово промолвил Кало, – Локк нам как брат, и наша любовь к нему безгранична.

Но самые роковые слова из всех, существующих на теринском наречии, – это «Локк наверняка оценит мою проделку».

– Соперничать с ними могут лишь слова «Локк научил меня новому трюку».

– Ибо единственный на свете человек, которому сходят с рук фокусы, измышленные Локком Ламорой…

– …это сам Локк Ламора…

– …поскольку, по нашему мнению, боги приберегают его для какой-нибудь поистине впечатляющей смерти.

С дыбой, клещами и раскаленным железом…

– …и многотысячной толпой улюлюкающих зрителей.

Братья одновременно кашлянули.

– Ну, как бы там ни было, – после долгой паузы проговорил Клоп, – кошелек я стянул и мне все сошло с рук. Может, теперь уже домой двинемся?

– Домой, – задумчиво повторил Кало. – А и пожалуй. Локк с Жаном будут рыдать от счастья, как любящие бабульки, когда увидят тебя живым-здоровым.

– Думаю, вылезать тебе не стоит, – сказал Галдо.