Хозяйка книжного магазина на краю света

Вскоре я уже не могла разглядеть каменный мост за грунтовой дорогой. Я быстро оделась и побежала на игровую площадку. Ботинки хрустели по глубокому снегу. Я укуталась в зимнюю одежду, и только глаза выглядывали из-за нескольких шарфов, обмотавших мое лицо. Изгороди тоже как будто бы натянули зимние шапки, хрустящие снежные «тэм-о-шентеры»?[5 - Тэм-о-шентер – традиционный шотландский мужской головной убор, широкий шерстяной берет с помпоном.], некоторые из них были даже украшены сосновыми иголками, игриво воткнутыми под углом.

____

Именно здесь, в самом сердце Маниотото, действительно начинается моя история.

– Достаточно холодно, чтобы морщины на заднице отморозить, – сказал мой отец, когда мы подошли к двигающемуся иноходью загадочному часовщику, Билли Стронгу. – Лучше зажги трубку и сделай несколько затяжек, чтобы согреть нос, а то оттуда, кажется, уже сосулька растет.

Билли, все еще державший спину прямо, но уже стареющий, приблизился к нам на расстояние слышимости.

– Мне лучше зажечь трубку. Я знал, что пойдет снег. Каково теперь деревьям. Каково птицам.

Огромным, неопрятным носовым платком он вытер свой настолько же огромный, крючковатый нос, достал карманные часы, проверил время и кивнул.

– Как я уже говорил, я прожил здесь так много лет, что не могу не знать, когда пойдет снег. А сегодня его много выпало, даже на равнинах тонким слоем осел.

– Да, пожалуй, – ответил папа.

Он стоял, расставив ноги и положив руки в карманы; его кисет для табака торчал из кармана куртки-джерси, а мясницкий фартук был надежно завязан вокруг слегка округлившегося живота. Его голубые глаза окружали морщинки, его светлые волосы с небольшими залысинами прикрывало кепи. Он говорил, что в нем «уши не мерзнут», что необъяснимо, ведь кепи уши вовсе не закрывало. И вот под его величественным фамильным носом появилась зажженная трубка, почерневшая со временем, но прекрасно обкуренная.

– Значит, к парням собираешься присоединиться? – спросил он у Билли, кивнув в сторону продуктового магазина и видавшей виды длинной скамьи рядом с ним, которая, похоже, была частью витрины. Именно там, через дорогу от папиной мясной лавки, каждое утро собиралась группа пожилых мужчин, к которой принадлежал и Билли. Они все приехали в Нейсби молодыми, горя желанием работать, добывать золото, жениться, завести детей.