Хонас и розовый кит

Решение, никак не связанное с произошедшим. Да, я таков – иррационален. Мечусь от любви к прагматизму, от африканской музыки к трактатам Фомы Кемпийского. Я решил, что никогда не признаюсь Ликургу, кто такая Муза. На днях этот идиот был совсем рядом с ней, ощутил ее дыхание и не узнал. Ликурга не исправят ни святость Иоанна Крестителя, ни беспутство Иродиады, проживи он с ними бок о бок хоть десять лет. Разве это тупое животное достойно кормиться моими тайнами? Ни в коем случае!

Глава IV

– В саду воняет.

Вчера кто-то помочился на газон,?– встретила меня Талия и потянула за руку во внутренний дворик. Ей хотелось, чтобы я лично засвидетельствовал происшествие. Она увлекла меня за собой, не дав даже положить портфель или очистить грязь с обуви.

У моей жены болезненная восприимчивость к запахам и продуктам гниения. Очутись Талия в угольной шахте, она опередила бы канареек в скорости определения утечки опасных газов.

Я не почувствовал ни нотки смрада. Не обнаружил также и влажных пятен – солнце сыграло роль промокательной бумаги.

– Точно, кто-то окропил твою любимую травку,?– согласился я, чтобы покончить с делом.

– Эти дикари, эти свиньи не подозревают, что ли, что в доме есть туалет?

– Заявляю о своей невиновности,?– поспешил объяснить я.

– Это кто-то из твоих гостей,?– обвинила меня Талия.

– Подозреваю, что из гостей твоей матери,?– предположил я.

– Не оскорбляй невиновных. Единственный, кто способен на такое свинство, Ликург.

Бедняга. Всегда виноват он.

В школе учитель выставлял его из класса всякий раз, когда кто-нибудь отправлял атмосферу кишечными газами. Он родился с печатью Каина. И сейчас я готов поклясться на Библии и Талмуде в его невиновности. Безобразие совершила Хулия дель Пасо-и-Тронкосо.

Девушкой время от времени овладевает непреодолимое желание помочиться в необычных местах: на свежем воздухе, в пустом классе, у подножия алтаря или у пьедестала памятника какому-нибудь вельможе. Талии, как и ее родителям, известно об этой странности Хулии.

Однако все делают вид, что ничего не знают. Поэтому я не отваживаюсь говорить о происшествии начистоту.

Домой я прибыл в настроении пошалить с Талией. Она идет чуть впереди. Нагоняю ее и прижимаюсь к ее ягодицам, руками вожу по ее телу. Делаю пару шагов вместе с ней. После задираю платье и ласкаю ее бедра.

– Пусти, пусти. Я устала,?– просит она.

Усаживаю ее себе на колени. Никакой стимул не в силах оживить ее дремлющий взгляд.