Хранители мира. Дорога домой

Вереск как-то странно молчал вчера вечером, когда мы ловили сверчков.

– Да, – задумчиво протянул Щавель. – Похоже, мы все это чувствуем, даже Дождевик. Воздух меняется. Время пришло.

Каштановые миски смотрелись просто замечательно, сверкали снаружи и изнутри. Возвращаясь к дому Шпиля и Гудрона, Мох бережно нёс их в руках. В цоколе здания была отдушина с решёткой, а за ней – узкий лаз, который шёл к подвальной лестнице; потом надо было тихонько пробраться по лабиринту туннелей, петлявших за стенами человечьих квартир.

В конце лабиринт приводил к уютному жилищу домовых, где всегда было тепло от трубы с горячей водой. На мгновение Мох затосковал от мысли, что скоро придётся покинуть это чистенькое, славное место и вновь шагнуть навстречу неизвестности.

– Привет! А Вереск сегодня не с вами? – спросил Гудрон. – Жалко. Что это вы принесли?

Мох с улыбкой протянул подарок хозяевам дома, которые тут же пришли в восторг.

– Какая красота! Обязательно расскажите, как вы их сделали! – воскликнул Шпиль.

– Спасибо! Мы поставим миски на самое видное место, – сказал Гудрон. – Ну что, проголодались? Вы как раз к обеду. Садитесь за стол.

Обеденным столом оба домовых очень гордились. Он был сделан на славу: книга в твёрдом переплёте лежала на двух спичечных коробках. Обложка была яркая, с картинкой: портрет мальчика в круглых очках, а на заднем плане – красный поезд. Читать никто из друзей не умел, поэтому слова над картинкой ни о чём им не говорили.

Но мальчик всем нравился; иногда по вечерам они даже придумывали про него разные истории.

Недавно у Щавеля родилась отличная идея: сделать для кристальных шляпы, чтобы было понятно, где у них лицо. Поэтому над одним из пробочных табуретов сейчас парила конусообразная карандашная стружка, выдавая присутствие Дождевика. Из неё получилась вполне достойная замена зелёному колпаку, который унесло ветром, когда друзья летели в Улей на голубях. Усевшись на табурет рядом с Чердаком – домовым, который жил на складе при ближайшем магазине, – Мох невольно задумался о том, сколько времени осталось до полного исчезновения их старого друга.

Это была очень мрачная мысль.

Шпиль и Гудрон принялись накрывать на стол. В этот раз они добыли на человечьей кухне немного пасты с сыром и кусочки яблока и сливы на десерт. Вереск объяснил домовым, как отличить съедобные растения от несъедобных, и теперь они часто выходили на улицу за свежей зеленью.