Цивилизация статуса

Но этому явно не соответствовали вывески и объявления, или же это был какой-то очень странный метод исправления. Он двинулся дальше, медленно, в глубоком раздумье.

Потом он заметил, что люди уходят с его пути, прячутся в магазинах и подъездах. Старая женщина, взглянув на него, убежала.

Что происходит? Может быть, их пугает форма заключенного? Нет, жители Омеги не впервые видят такую. Тогда в чем дело?

Улица опустела. Рядом с ним хозяин магазина торопливо опускал железную штору над витриной краденых товаров.

– Что случилось? – спросил его Баррент.

– Ты спятил?! – воскликнул хозяин. – Сегодня же День посадки!

– Простите?

– День посадки! – повторил тот. – День приземления корабля с заключенными. Убирайся в свой барак, идиот!

Он спустил штору, и послышался щелчок запираемого замка. Баррент внезапно почувствовал страх. Что-то тут неладно. Нужно немедленно возвращаться. Глупо было идти в город, не зная обычаев.

К нему приближались трое мужчин, хорошо одетые, каждый с золотой серьгой хаджи в левом ухе.

Баррент повернулся и пошел обратно. Один из тройки крикнул:

– Остановись, пеон!

Баррент увидел, что рука мужчины потянулась за оружием, и остановился.

– В чем дело? – спросил он.

– Сегодня День посадки, – ответил мужчина и посмотрел на своих друзей. – Ну, кто первый?

– Бросим жребий.

– Вот монета.

– Нет, лучше на пальцах.

– Приготовились? Раз, два, три!

– Он мой, – сказал хаджи, стоявший слева. Его приятели отодвинулись, а он вытащил оружие.

– Подождите! – взмолился Баррент. – Что вы делаете?

– Собираюсь застрелить тебя, – сообщил мужчина.

– Почему?!

Мужчина улыбнулся:

– Потому что это привилегия хаджи. В День посадки мы имеем право убить любого пеона, покинувшего свой барак.

– Но меня не предупредили!

– Естественно, – согласился мужчина. – Если новичков предупреждать, то они не будут выходить из бараков в День посадки. А это испортит всю забаву.

Он прицелился.

Баррент среагировал молниеносно.

– Теперь моя очередь, – сказал другой мужчина.

– Прости, приятель, но очередь моя.

– Старшинство, мой друг, имеет свои привилегии. Стреляю я.

Однако Баррент был уже на ногах и бежал. Преследователи не торопились, словно были совершенно уверены в успехе. Баррент свернул в боковую улицу и понял, что сделал ошибку. Улица заканчивалась тупиком.