Цитоник

 – Что мы такое?»

«Я Спенса Найтшейд, – ответила я ему. – Пилот».

«И это все?»

Прежде это было единственным, что имело значение для меня. Но теперь… теперь я обнаружила другую свою сторону. Нечто пугающее, нечто такое, что я не до конца понимала.

«Есть способ научиться, – сообщил мне делвер. – Здесь. Мы называем это „нигде“. Ты чувствуешь его, да?»

Да, я его чувствовала. Но мне совсем не хотелось оставаться здесь. Я попыталась выбросить эту возможность из головы. Мне нужно домой.

Но… нужна ли я была моему народу? Всего лишь еще один пилот? Тут мне кое-что представилось.

Что это было – проекция моих страхов? Или, может, результат воздействия «нигде»? Я увидела, как вернулась и вновь присоединилась к эскадрилье «Небо» и сражалась… и потерпела поражение. Потерпела поражение, когда делверы неизбежно вернулись, потому что летчик-истребитель, каким бы асом он ни был, не в состоянии победить их. Потерпела поражение, потому что Верховенство использовало мощь своих цитоников, перенося через гиперпространство целые флотилии. Хуже того – они могли манипулировать цитониками, такими как я, используя слабые стороны наших способностей.

Ровно это они сделали с моим отцом. Заставили его сражаться с собственной эскадрильей. Погубили его.

Я пилот, да. Но просто быть пилотом – этого недостаточно.

Мы слишком мало знаем об этом. Мы не понимаем, что такое делверы. Как же мы можем с ними сражаться? Мы не понимаем цитоников – до последнего времени про людей, наделенных этими способностями, думали, что они «с дефектом».

Как я могу противостоять противникам, вроде Брейд, овладевшим своими дарованиями, если я бегу от собственной сути?

Дом звал меня, и мне отчаянно хотелось вернуться туда. Но дома не было ответов.

«Ты можешь показать мне, что я такое?» – спросила я делвера.

«Может быть. Я не знаю даже, что „я“ такое. Есть место, где мы можем это узнать, место в „нигде“. Место, где все мы родились…»

«В „нигде“ нет никаких мест», – послала я ему мысль.

«В его сердце нет.

Но на окраинах есть поселения».

Я поняла, о чем он: делвер говорил о регионе, где добывали подъемные камни. Еще одна загадка вне моего разумения. Как люди забрались в «нигде» и раздобыли эти камни, если «нигде» – бесформенная пустота?

Да, на окраинах существовали настоящие территории. Места, важные для цитоников. Важные для меня. Делвер отправил мне в разум координаты одного из этих мест.

Я оказалась раздираема двумя противоположными устремлениями.