Человек, вернувшийся издалека

Фанни вскочила; она так разволновалась, что Жак счел необходимым ее успокоить.

– Прошу! Держи себя в руках! Оставайся тут!..

Он крепко сжал ее руку, и она его послушалась и не пошла за ним. Но когда Жак вышел, на ее прекрасном лице появился отпечаток жуткой детской ярости, и, уподобившись ссорящимся детям, принялась швырять вещи и рыдать.

Именно в этот момент вошел Жак, он был потрясен.

– Фанни, милая моя, тебе нехорошо?

Он обнял ее и стал баюкать, словно маленькое нежное дитя.

– Это все пустяки, дорогая Фанни, просто пустяки!.

Наконец она успокоилась и с трудом произнесла:

– Это ужасно… Его могли услышать… наши гости…

– Да нет же, нет, успокойся…

– Вы хотя бы отлупили этого гадкого Франсуа?

– Конечно, нет!.. Я просто сказал: «Ты прав, Франсуа, твой папа непременно вернется в свой прекрасный замок, но нам придется сказать ему, что ты очень плохо себя вел». Эти слова заставили его замолчать. Мне ведь нужно было его заткнуть. Вы ведь этого хотели?

– Вы всегда правы, Жак, – произнесла Фанни голосом, внезапно ставшим необычайно сладким, и смахнула с глаз – ее веки невероятной красоты отливали голубизной – слезы.

– В этой выходке Франсуа виновата глупая фройляйн, – продолжал он, – она забавы ради ссорит малышей между собой. Говорила мне мадемуазель Эльер: «Вы скоро поймете, что с Лидией придется распрощаться».

– Никогда! – запротестовала Фанни. – Я сама выбрала Лидию, и она очень любит нашего Жако. А ваша мадемуазель Эльер думает только о Жермене и о своем любимом Франсуа.

– Мне очень хочется, чтобы дети не ругались.

– Не стоит желать невозможного, дорогуша. Господи! Как я постарела из-за всех этих переживаний! Позвольте, я вернусь к своему туалету, а вы отправляйтесь одеваться.

Она выставила мужа за дверь, а когда он ушел, с ней снова случился нервный приступ. Затем Фанни позвала горничную и потратила целый час, наводя порядок.

III

Месье и мадам Сен-Фирмен

Из магазина на улице Мира последним поездом Фанни доставили платье, сшитое по последнему писку моды, восторг ее был поистине безграничен.

Невероятной красоты платье было из желтого шелка, поверх надевалась туника из тюля, расшитая жемчугом и прикрывавшая грудь и обнаженные плечи. Внизу, в разрезе юбки виднелись ножки, обтянутые дорогими кружевными чулками и обутые в котурны на высоких красных каблуках. В желтом платье, с рыжими волосами и в красных туфельках Фанни напоминала огонек.