Черные чернила

Достаточно высокая, чтобы танцевать стриптиз, размахивая этими ногами…

Телу стало горячо, перед глазами возникло виденье: бирюзовые волосы, намотанные на кулак… Вот же дерьмо!

Артур силой отогнал эту мысль.

Вовремя.

Потому что длинные ноги уже оказались возле столика, и самая короткая в мире юбка опустилась на диванчик напротив. К столу примостился мокрый зонт, а в лицо впился взгляд огромных, будто кошачьих серо-зеленых глаз.

Такими можно и убить.

– Привет, Артур, – раздался уверенный низкий голос.

По спине пробежала волна едва ощутимой дрожи. И всё-таки она хороша. Очень хороша.

– Привет, Келли, – Артур изломил губы в короткой ухмылке.

Её имя оставило странный привкус на языке. Над столом повисла пауза. Девушка подалась вперед, оперлась локтями на столешницу, и её взгляд стал ещё пристальнее. Задержался на губах, метнулся к горбинке на носу и завис на глазах.

– Бо-о-оже, – наконец обалдело протянула Келли. – Ты и правда красивый, как… как… – Она запнулась и неопределенно махнула ладонью.

Неожиданно…

– Как фейерверк? – Артур хмыкнул.

– Я подумала про страшный грех, но твой вариант тоже ничего. – Она вдруг оперлась на стол еще больше, её лицо оказалось совсем близко. – Ты подкрасил ресницы? Это тушь?

Артур выгнул одну бровь.

– Нет.

Аромат её «морских» духов заполнил лёгкие. Никакого смущения. Просто ноль целых ноль десятых. Будто она вообще не знает, что это такое.

– Подводка? – Её глаза сузились.

В груди начал зарождаться смех.

– Генетика.

– Да я, если что, не осуждаю. Рокеры обычно подводят, глаза…

Она ведь его даже не услышала.

– Это стереотип, а я не Дамиано Давид. – Артур поджал губы, из последних сил сдерживая смех. – Еще какие-то вопросы на эту тему будут?

– Нет… – Она развела руками. – То есть… Че-е-ерт. – Обалдело подперла щёку двумя пальцами, не переставая пялиться ему в лицо. – Как тебе вообще живётся в этом мире? Среди такого количества простых, заурядных, смертных людей?

Нет.

– Ты закончила? – последнее, что он смог выговорить серьезно.

Всего на секунду над столом снова стало тихо. Но смех всё-таки прорвался наружу. Выдержка покинула чат. Артур прыснул, откинулся на спинку дивана и, прикрыв лицо ладонью, расхохотался. Она действительно ненормальная. Но эта прямолинейность сносит на хрен все барьеры.