Черный торт

Его первое побуждение – броситься к сестре и обнять ее. Но когда Бенни делает к нему шаг, Байрон отталкивает ее и, повернувшись, стучит в дверь кабинета адвоката. Почувствовав, как Бенни прикасается к его плечу, он стряхивает ее руку. Сестра застывает с открытым ртом. Молчит. Да и есть ли у нее право вообще что-то говорить? Байрон восемь лет не видел Бенни. А теперь вот мама ушла навсегда…

Спрашивается, чего ожидала Бенни? У нее был конфликт с семьей, переросший в холодную войну. Все эти разговоры о социальном отторжении, дискриминации и тому подобном не имеют значения.

Байрон считает, что, с какими бы проблемами ни сталкивался человек в этом мире, он найдет у кого-то понимание. Тем более времена меняются. Недавно он даже прочел очерк о людях вроде Бенни.

Люди вроде Бенни.

В очерке говорится, что зачастую их удел – одиночество. Но она не дождется от Байрона сочувствия, нет. От такой роскоши Бенедетта Беннет отказалась несколько лет назад, отвернувшись от семьи, пусть она и утверждает, что все было как раз наоборот.

На сей раз она, по крайней мере, явилась на похороны. Шесть лет назад в округе Лос-Анджелес Байрон с матерью сидели в церкви у гроба отца, напрасно ожидая Бенни. Позже Байрону показалось, что он видит сестру на заднем сиденье автомобиля, ехавшего через кладбище. С минуты на минуту она будет здесь, подумал он. Но Бенни так и не пришла. Он лишь получил от нее эсэмэску со словами: «Мои соболезнования». Потом молчание. Оно растянулось на месяцы. На годы.

И с каждым прошедшим годом слабела его уверенность в том, что в день похорон отца Бенни находилась где-то рядом и что у него вообще была сестра.

Что у него была круглолицая маленькая сестра с кудряшками, которая всюду ходила за ним по пятам.

Что она когда-то поддерживала его на общенациональных спортивных соревнованиях.

Что, взяв в руки свой докторский диплом, он услышал, как по конференц-залу проплыл ее голос.

Что прежде он хоть раз чувствовал себя таким.

Осиротевшим и подавленным.

Бенни

Адвокат матери открывает дверь, и взгляд Бенни скользит мимо него, как будто она ожидает увидеть сидящую в кабинете мать. Но, кроме адвоката, здесь лишь Бенни и Байрон, и брат не хочет даже смотреть на нее.

Адвокат говорит что-то о письме матери, но Бенни не может сосредоточиться, она не сводит глаз с Байрона. Раньше она не замечала седины в его волосах. Что ж, ему сорок пять, не десять лет.