Что охотится в тени

По телу у меня прошла дрожь, когда его прикосновение пробудило то темное таинственное существо, что скрывалось внутри меня.

– С богом Мертвых, из которого ты вьешь веревки, ты сумеешь превратить мир во что угодно.

Казалось, он ухватился за кончик нити судьбы и теперь тянул за него, чтобы напомнить мне о реальных узах между нами.

Наконец, я открыла глаза и увидела мерцающее золотом восходящее солнце, стараясь не обращать внимания на тяжесть, которую чувствовала на щеке от его взгляда, уставившегося на меня сверху вниз.

– Я не хочу ничего делать с этим миром. Никто не должен владеть такой силой.

– Те, кто этого не хочет, – единственные, кто должен владеть ею в первую очередь, – сказал он, и в его голосе зазвучала печаль.

Я наклонила голову, повернувшись, чтобы посмотреть на так внезапно поглотившее его уныние.

– К сожалению, так бывает нечасто, по крайней мере, исходя из моего опыта. Даже если у тех, кто правит, нет дурных намерений, обладание подобной силой способно развратить даже самый добрый ум.

– Есть ли у меня причина бояться Маб? – продолжила я, сглотнув подступившую к горлу желчь при этой мысли. – Это из-за нее ты хочешь оставить меня со своей матерью во дворе Зимы, а не брать с собой во двор Теней?

Кто-то или что-то много раз ранило этого фейри так сильно, что он до сих пор носит шрамы от этих ударов. Я сама едва выдерживала удары тростью, которыми награждала меня жрица.

– У тебя есть все основания бояться Маб, – сказал он, согласно кивая.

 – Она знает лучше, чем кто-либо другой, какую силу я получу, если закольцую связь с моей половиной. Она сделает все, чтобы этого не произошло, даже если это вступит в противоречие с Соглашением, которое защищает людей, являющихся парами фейри, от вреда в играх, которые ведут их половины. Она бы убила тебя, если бы не знала, что ввергнет меня в последнюю стадию безумия. Для ее дел я должен быть в полном уме и здравии и должен быть готов к сотрудничеству. Поэтому она оставила бы тебя в живых, но, возможно, заперла бы в своей темнице. Она знает, что я сделаю все, чтобы защитить тебя.

Я заставила себя сесть, отодвигаясь от жара его тела, хотя мне хотелось остаться рядом с ним навсегда, позволить ему обнять меня и развеять ту реальность, что мы сотворили. То, кем мы стали, и все то, что нас ждет, если мы когда-нибудь достигнем берегов Альвхейма.

Он сидел на земле в том же месте, где я его оставила.