Что охотится в тени

Арамис закричал, лошадь под ним заржала, и я увидела, как из ветвей на верхушке одной из сосен появился человек.

– Берегись! – крикнула я, привлекая внимание притаившейся фигуры.

Клинок сверкал на солнце, отбрасывая блики, когда спрятавшийся стражник перерезал веревку, замаскированную среди веток.

С другой стороны тропы солнце тоже отражалось от сверкающего сталью кинжала.

– Уберите их оттуда! – приказал Калдрис одному из всадников Дикой Охоты, ехавшему перед нами.

Тот кивнул и направил своего скакуна вперед, чтобы нагнать тех, кто тянул телегу.

Он был как раз в центре рощицы, когда сверху полетели сосновые иголки, тканевый полог над головой раздвинулся, и на солнце заблестела красная пыль, посыпавшаяся на них сверху. Мне никогда не забыть, как они кричали, когда этот железный порошок сжигал их плоть, как они прятались под плащами, чтобы защитить свои тела.

Я с ужасом наблюдала, как ткань опадала вниз постепенно, пока люди вверху перерезали веревки, как она наконец нависла над нами.

Небо в зеленой ряби над головой, казалось, разверзлось, когда они свернули ткань, разрисованную так, чтобы имитировать деревья.

Калдрис целое мгновение ошеломленно смотрел на ткань, а потом перевел взгляд на меня, двинувшись ко мне как в тумане. Он сорвал меня с лошади и так резко толкнул вниз, что Азра вздрогнул и отбросил меня назад. Меня охватила ярость вместе со страхом, обостряя чувства, пока я готовилась к удару. Глядя в небо, падая назад со скованными перед собой руками, я смотрела, как сыплется сверху железный порошок.

В глазах у меня потемнело, когда я приземлилась на Калдриса, но его тело смягчило мое падение с лошади. Он бросился на землю, чтобы поймать меня, и сорвал с плеч плащ, накрыв им нас обоих. Я пыталась отдышаться, слушая его тихие стоны, полные боли, эхом отдававшиеся у меня в груди.

Лежа в темноте под плащом, прижавшись к телу Калдриса и к земле, я слушала, как звенит у меня в ушах, и ждала, когда железная пыль рассеется. Я чувствовала, как она окружает меня, вытягивает энергию из моего Виникулума, как исчезает у меня из крови тот странный гул, который обычно появлялся в случае опасной угрозы.

Сила, которая должна была защитить меня, пропала, ее у меня украли – будто высосали воздух из легких.

– Фенрир! – позвал Калдрис, наконец выпуская меня на свободу.

Он снял плащ с моих плеч, помогая сесть. Оглянувшись, я увидела, что все вокруг покрыто этой пылью, и посмотрела вниз, на руки Калдриса. Они тоже были обожжены.