Шато

Мой взгляд скользит по прекрасной загорелой коже Джейд и ожерелью с единственным бриллиантом на ее шее. Должна признать, она, в отличие от моей внучки, выглядит довольно юной и сияющей. В ней есть твердая, почти мужская энергия – это видно по тому, как она владеет своим телом, и по тому, как заранее все просчитывает.

– Привет, Серафина, – говорит Джейд.

– Привет, Джейд.

– Спасибо, что пригласила меня.

– Всегда пожалуйста.

Джейд кивает.

– Уверена, что это будет интересная неделя.

Я заостряю внимание на слове, которое она выбрала.

– Думаю, так и будет. – Я откашливаюсь. Вижу, что Сильви стоит в стороне, готовая проводить меня наверх. Она будет настаивать, чтобы я вздремнула. И я не стану возражать. – Что ж, мои дорогие, я счастлива, что вы здесь. – Я поочередно смотрю в глаза каждой и, наконец останавливаюсь на Арабель, с которой, конечно, уже здоровалась. – Уверена, что это будет неделя веселья и неделя правды.

– Правды? – переспрашивает Джейд.

– Правды, – повторяю я. – Правда – это хорошо, n’est-ce pas[25 - Не так ли? (фр.).]?

Я наблюдаю, как Джейд ищет в моих глазах подсказки. Интересно, как много она уже подозревает? Что, по ее мнению, ей известно?

– Правда – это всегда хорошо, – наконец произносит она.

Я киваю Джейд, затем Сильви и направляюсь обратно к ступенькам. Мне приходит в голову, что это забавно: приложить столько усилий, накладывая макияж, сделать прическу и нарядиться только для того, чтобы спуститься по лестнице на несколько минут, а затем снова подняться по ней.

– Итак, дамы. Увидимся в семь за аперитивом на террасе. Ужин в восемь.

– Ровно в семь на террасе, – обращается Дарси к своим друзьям.

Дарси никогда не опаздывает, и сейчас она делает именно то, чем занималась всю свою жизнь – сражалась за мой комфорт. За мое счастье. И теперь я буду сражаться за нее, как должна была сделать давным-давно.

– Наслаждайтесь. – Я поднимаюсь по лестнице и отклоняю предложенный Сильви локоть. – Сейчас, мои дорогие, просто наслаждайтесь.

Глава седьмая

Джейд

Отведенная мне комната находится в задней части шато на втором этаже. Та самая, которую я занимала всякий раз, когда мы приезжали сюда, пока учились в Авиньоне. К старинной серебряной дверной ручке была прикреплена деревянная табличка с аккуратно выведенным на ней моим именем.