Шепот питона

Я и в больницу звонил, узнавал, не там ли они…

– Когда вы туда звонили?

– Кажется, часов в семь или восемь.

Я зафиксировала время и записала, что нужно проверить домашний интернет Линда и связаться с больницей. Отметила, что Тур Линд облокотился на стол, смотрит Августу прямо в глаза и не выказывает ни малейшего волнения. Что он задает много вопросов о том, как продвигается расследование и спрашивает, отыщем ли мы Ибен живой. Если ты виновен, такое самообладание сохранять непросто; однако он политик, это тоже надо учитывать.

Он привык говорить правдоподобно и убедительно.

– Расскажите, как вы познакомились с женой, – попросил Август. – Это было здесь, в Кристиансунне?

– Да, здесь. Она работала официанткой в ресторане, куда я часто заходил. На самом деле, это она на меня первая глаз положила.

– Правда? Почему вы так говорите?

– Она моложе и красивее меня.

Он старше жены лет на двадцать; разница в возрасте не сказать чтобы особо редкая, но сам Линд ею явно озабочен. Может, его тревожит что-то в отношениях с женой? Может, он боится, что она охладела к нему?

– Вы женаты много лет – какие у вас отношения с женой?

– Нам сейчас нелегко, это очевидно.

Кризис случается со всеми семейными парами, но меня любовь к ней не покидала ни на день.

– А она вас любит?

С ответом он не торопился.

– Да, надеюсь. Наверняка никогда не знаешь. Мариам иногда с самой собой тяжело. Бывают дни, когда у нее не получается продемонстрировать нам свою любовь, но я уверен, что она нас любит.

Я и ей это говорю.

Я записала, что о своих отношениях с женой допрашиваемый говорит искренне и честно, а в скобках добавила, что он производит впечатление человека порядочного. Немного подумав, добавила, что он идеализирует собственную семью и даже плохое старается представить в хорошем свете.

– Ваша жена чем-то больна?

Линд покачал головой.

– Нет-нет, ни в коем случае. Но ей приходится непросто. И чтобы сразу расставить все по своим местам: Ибен не моя биологическая дочь.

Сам я детей иметь не могу. Ибен – плод изнасилования.

В переговорной повисла тишина. Тур Линд сцепил руки и, положив их на стол, серьезно посмотрел на Августа. Я написала: «Изнасилование» и несколько раз подчеркнула это слово. Мариам ничего об этом не говорила. Все были уверены, что Ибен – дочь Тура.

– Мариам сильная, – сказал Линд, – она справится. Воспоминания об этом событии иногда мучают ее по несколько дней подряд, но нечасто.