Щебечущая машина

Он стал одним из тех многочисленных людей, которыми целых пять минут восхищался весь интернет, но которые внезапно впали в немилость из-за случайно всплывшей или выдуманной неприятной истории. Но в данном случае, и не в первый раз, под сомнительным моральным предлогом интернет оказался намного безжалостнее и циничнее, чем самый отчаянный школьный хулиган. Будто в идеализировании человека заранее есть нечто потенциально жестокое и карательное. Будто вся эта слезливо-сентиментальная идеализация и заключается в том, чтобы потопить человека – сначала ставишь его поудобнее, а потом как следует пинаешь.

В то время, как разворачивались все эти события, в США из-за кибербуллинга покончил с собой еще один ребенок. Ашанти Дэвис, над которой, по словам родителей, издевались в школе, узнала, что кто-то разместил в одной из социальных сетей видео, на котором она дерется с другой девочкой, и ролик стал вирусным. Дэвис сильно переживала по этому поводу. Через две недели ее нашли повешенной в туалете. Такая обескураживающая близость этих событий наводит на тревожные мысли.

Удержал ли бы «интернет», смог ли бы он в принципе удержать Джонса от суицида, если бы до этого дошло? Хотели ли онлайн-шакалы просто потроллить скорбящую семью или действительно доставить им горе?

Истории Хендерсона и Джонса коренным образом отличаются друг от друга: в первом случае мы видим маргинальных, субкультурных, аморальных и отдающих себе в этом отчет троллей, которые легки на оскорбления. Во втором случае без троллей тоже не обошлось, но их действия смешались с реакцией миллионов других пользователей, которые отождествляли себя с главным героем, испытывали симпатию, проявляли любопытство к чужим делам, ощущали себя частью чего-то важного, но которых в конце концов накрыла волна возмущения, подозрений и злобы.

Троллинг стал носить всеобщий характер.

Троллей, пожалуй, можно распознать по одному признаку: в отличие от большинства пользователей, они полностью осознают и используют совокупный эффект сотен тысяч мелких, незначительных действий вроде твитов и ретвитов.

Большинство из тех, кто участвовал в травле Джонса, потратили на это от силы несколько минут. Не было никакой скоординированной кампании: они были всего лишь частью толпы. Они сыграли ничтожную роль в одной «трендовой теме». Ответственность каждого по отдельности во всей этой ситуации была мизерной, и поэтому это потакание их темной стороне, их более агрессивным, карательным наклонностям было небольшим.