Экзамен для плейбоя

Бен Картер владел крупной строительной компанией и строил современные, порой весьма оригинальные здания на Манхэттене, не менее амбициозные, чем он сам.

Напряжение, царившее за столом, можно было потрогать руками. Все присутствующие на дух не переносили друг друга, увидеть их вместе – нереальное событие. Начавшаяся с мелких стычек при заключении сделок неприязнь переросла в большую войну. Каждый видел в другом непримиримого врага, которого следовало уничтожить, и каждый был настолько упрям и безжалостен, что их выпады друг против друга вели к тупиковым ситуациям.

Почувствовав, что Данте Манчини вот-вот поднимется и уйдет, Бен понял, что пора начать разговор.

– Спасибо, что пришли.

Шейх Зейн аль-Гамди недовольно посмотрел на Бена.

– Мне не нравится, что меня вызвали на ковер, как набедокурившего мальчишку, Картер, – процедил он сквозь зубы.

– И тем не менее вы здесь. – Бен обвел взглядом присутствующих. – Все в сборе.

– И приз за подтверждение очевидного уходит к Бену Картеру, – протяжно произнес Манчини.

Подняв массивный хрустальный стакан с янтарным напитком, он кивнул Бену и залпом опрокинул стакан, сделав знак официанту повторить. Поймав на себе взгляд Бена, он насмешливо произнес: – Тебе тоже хочется выпить чего-нибудь покрепче воды, Картер?

Бен проглотил колкость. Он единственный из присутствующих пил воду, а не премиальный односолодовый шотландский виски.

Он уверенно посмотрел на присутствующих:

– Джентльмены, как ни приятно было публично пикироваться с вами в течение последнего десятилетия, думаю, вы согласитесь со мной, что настало время прекратить давать прессе повод стравливать нас друг с другом.

Ксандер Тракас, окинув всех взглядом, вздохнул и согласно кивнул:

– Он прав. Пресса всех уже достала. Небольшие статейки с непристойными сплетнями в желтой прессе постепенно переросли в нечто более серьезное. Ясчитаю, что мы сами в этом виноваты, поскольку наши пиар-службы попустительствуют прессе. Откуда у журналистов ложные сведения о ежевечерних гулянках, вращающихся дверях в спальне и частом отсутствии босса в офисе?

Волевое лицо греческого олигарха исказила гримаса недовольства.

– Я работаю день и ночь, а пресса пишет, что в головном офисе компании каждый вечер дым коромыслом от гульбы. На прошлой неделе я потерял выгодный контракт из-за того, что была подвергнута сомнению моя компетентность. Это ни в какие ворота не лезет. Все зашло слишком далеко.

Данте Манчини невнятно хмыкнул, выразив согласие.