Эра войны. Эра легенд

Эти развалины – напоминание нам о том, что миралиитам следует вести себя более сдержанно, потому-то другие фрэи и не хотят, чтобы труп закопали слишком быстро.

Отец Мовиндьюле скривился, тем не менее кивнул.

– Как там внутри? Очень плохо?

Фэйн принялся взбираться по лестнице, и все последовали за ним, включая великана Сайла и вторую телохранительницу – девушку, чье имя Мовиндьюле никак не мог удержать в памяти. Невысокая и страшная. Не такая страшная, как война, конечно, и даже не такая страшная, как рхун, однако достаточно уродливая, чтобы Мовиндьюле не потрудился запомнить, как ее зовут.

Судя по всему, она прекрасно владеет Искусством. Про нее говорили «быстрая». Наверное, побывала на площади в день восстания и умудрилась там отличиться.

– Не так плохо, как мы ожидали. – Имали посмотрела на Мовиндьюле.

Фэйн перехватил ее взгляд и сделал вид, что только сейчас заметил сына.

– Ах да, понятно.

Дождавшись, когда отец отвернется, Мовиндьюле насупился и недовольно покачал головой. О девчонке Как-ее-там-зовут болтают по всему Эстрамнадону, а он, Мовиндьюле, сохранивший самое важное здание в городе и спасший жизни большей части членов Аквилы, удостоен лишь краткого: «Ах да, понятно».

Повернувшись, принц заметил, что девушка-телохранитель внимательно на него смотрит.

Мелкая гоблинша все подмечает.

– Есть новости из Рхулина? – спросила Имали.

– Пока нет, – ответил фэйн, осторожно переступая через расколотую ступеньку. – Мне доложили, инстарья собирают силы, чтобы уничтожить орду рхунов, а для этого требуется подготовка.

 – Он раздраженно махнул рукой. – Похоже, они столь же молниеносно исполняют мои приказы, как эйливины.

Имали кивнула с тем же невозмутимым спокойствием, с каким всегда разговаривала с Лотианом. Мовиндьюле предположил, что куратор Аквилы мысленно показывает его отцу непристойный жест.

– Я слышала, там около миллиона рхунов, – сказала она. – Безмозглые, но опасные твари. Наверное, следовало проредить их полчища еще несколько веков назад, пока не успели расплодиться.

Теперь, чтобы истребить их под корень, уйдут годы.

– Мой фэйн! – раздался голос позади.

Мовиндьюле обернулся. У подножия лестницы застыл Вэсек, открыв рот и глядя в одну точку. Указательный палец руки был устремлен в небо. В своих серых одеждах Мастер Тайн напоминал мраморную статую.

– Отпусти его, Синна, – велел Лотиан. – Это мой советник.

– Вот почему он еще жив, ваше великолепие, – объяснила гоблинша.

Синна! Так вот как ее зовут.