Эхо чужих желаний

Может быть, именно этим она сейчас и занималась.

Клэр ему как будто обрадовалась.

– Мисс О’Хара укладывает мать в постель. У миссис О’Хары сегодня ужасные боли, она не может ни сидеть, ни стоять. Мисс О’Хара обещала вернуться через несколько минут. Может быть, ты войдешь и присядешь?

Дэвида смутило присутствие Клэр. Он хотел произнести цветистую речь перед мисс О’Харой без зрителей. Но вряд ли он мог приказать девочке О’Брайен отправляться домой или предупредить ее, что его разговор с мисс О’Харой состоится наедине.

Гость оглядел кухню.

– Правда, похоже на пещеру Аладдина? – благоговейно прошептала Клэр.

Это была типичная для местного коттеджа кухня. Вместо очага здесь стояла маленькая плита. Должно быть, ее купили на зарплату Анджелы. При жизни Динни О’Хары плиты не было. Страдающей артритом старухе, получавшей каждую неделю вдовью пенсию, плита тоже была не по карману. Возможно, брат и сестры присылали Анджеле деньги из-за границы – этого Дэвид не знал. Мисс О’Хара держалась замкнуто, не рассказывала ничего о себе и своей семье, как это делали жители Каслбея.

О ней хотелось узнать побольше.

Дэвид посмотрел на стены и бесконечные ряды полок. Все ниши от пола до потолка были увешаны полками, на которых виднелись украшения, книги, коробки из-под печенья, снова книги, корзинки для рукоделия и статуэтки. Клэр была права. Комната напоминала магазин игрушек с рождественской открытки. Каждый дюйм стен покрывали полки, каждый дюйм полок был заставлен предметами, в основном книгами.

– Она знает, где находится каждая вещь. Можешь поверить? – сказала Клэр.

В полумраке комнаты ее карие глаза казались еще больше.

На столе Дэвид разглядел писчую и промокательную бумагу, а также бутылочку чернил «Квинк». Учительница, должно быть, писала вместе с Клэр письмо, но прервалась, чтобы позаботиться о матери.

– Ты берешь уроки у мисс О’Хары? – спросил Дэвид, в голосе которого послышались нотки зависти.

Он предпочел бы учиться в этом забавном замкнутом пространстве, где каждый предмет обладал своей историей и занимал отведенное ему место.

Эта комната лучше подходила для учебы, чем гостиная его матери, где экземпляры «Татлера», «Скетча», а также «Социальных и личных отношений» лежали рядом с «Домохозяйкой». Журналы приходили по почте из Англии ежемесячно. Обычно спустя пару месяцев они отправлялись в приемную доктора Пауэра. И конечно, в гостиной было полно энциклопедий и объемных томов в кожаных переплетах.