Эхо чужих желаний

Как только ты опишешь ему свою жизнь, а он тебе – свою, на этом все и закончится.

– Что-то вроде этого, – согласилась Анджела.

Она взяла тонкий лист и прочитала:

– «Дорогие мама и Анджела! Большое спасибо за ваше письмо, оно пришло вчера. Сезон дождей в самом разгаре, что очень осложняет ситуацию. Но благодаря огромной и крепкой поддержке, которую мы получаем из дома, мы продолжаем трудиться во благо Господа. Я бы хотел, чтобы вы увидели японских малышей, они прекрасны. Я допускаю, что мало общался с детьми до того, как присоединился к миссии.

Возможно, ирландские малыши еще прекраснее…»

Анджела прервала чтение и сказала, что брату, как известно, не довелось провести ни единого дня в монастыре, обучая ирландских малышей, иначе он бы изменил свое мнение.

– Напоминает письмо, которое он прислал в школу, – заметила Клэр.

– Напоминает любое его письмо, – уточнила Анджела, убирая лист в конверт. – Думаю, ему нечего сказать из того, что доступно нашему разумению. Иногда я сама задаю Шону вопросы.

Например, сколько японских священников они рукоположили и что случилось с китайцами, которых они обратили в христианство, перед тем как покинуть Китай, вернулись они к старой религии или нет? Но он не отвечает на мои вопросы.

Она замолчала, погрузившись в раздумья. Дэвид кашлянул.

– Я пришел попрощаться и сказать спасибо, – сообщил он. – И еще подарить вам книгу в знак признательности.

Анджела села и молча потянулась за сигаретами. Когда она заговорила, ее голос звучал теплее, чем когда-либо слышали Клэр или Дэвид.

– Очень любезно с твоей стороны, – сказала она и принялась возиться с узлами упаковки.

– Это просто старая бечевка, ее можно разрезать, – услужливо подсказал Дэвид.

Клэр принесла нож. Мисс О’Хара чиркнула им по веревочке, и все трое склонились над книгой.

Время летело незаметно. Они читали, почему знакомые места назывались так, а не иначе, пришли в ярость, обнаружив, что Каслбей в книге не упомянут, и сделали вывод, что автор вообще не путешествовал, раз не включил в книгу такое прекрасное место.

Из соседней комнаты доносились стоны, но мисс О’Хара велела не обращать внимания: мать просто пыталась удобнее устроиться на ночь, ее не мучила острая боль. Потом они выпили по чашке чая с содовым хлебом, и поздним вечером мисс О’Хара выпроводила детей за порог, чтобы никто не решил, будто их похитили.

Анджела приказала себе не предаваться сантиментам из-за подарка Дэвида.