Эхо чужих желаний

– У вас еще осталось время, чтобы вознести тридцатидневную молитву и несколько раз исполнить «Радуйся, Мария» в мою честь, – крикнул доктор ей вслед.

– Вам молитвы точно не нужны. Вы самый настоящий святой, – откликнулась миссис Диллон.

– Она говорит правду, – сказала Анджела, вставая и подходя к доктору Пауэру.

– Нет. Я самый настоящий лжец, вот и все.

– Что вы ей сказали?

– Я сказал, что провел у них целую неделю, проверяя санитарное состояние комнат, и что у меня есть приборы, способные обнаружить яд за милю.

Но в отеле Диллона ничего такого не нашлось. Я объяснил, что с наступлением холодов людям часто кажется, будто у еды изменился вкус. Потом я дал ей бутылочку сиропа шиповника, и она осталась крайне довольна собой.

Анджела рассмеялась: доктор выглядел как лихой выдумщик, которого уличили в мелкой лжи.

– А кто травит тебя, Анджела? Матушка Иммакулата из монастыря?

– Не исключено. Думаю, ее часто преследуют подобные мысли. Впрочем, яд тут ни при чем. У меня проблемы со сном.

– Ты спишь слишком много или слишком мало?

– Почти совсем не сплю.

– Как долго?

– Уже три недели.

– Тебя что-то тревожит? У тебя неприятности? Знаешь, в чем причина?

– Да, знаю.

– Этому можно помочь?

Анджела молча покачала головой. Доктор Пауэр подождал, но продолжения не последовало. Он со вздохом потянулся за рецептурными бланками.

– Нет нужды лежать без сна ночи напролет. Разумеется, лучше что-нибудь принять. Но, Анджела, послушай, незачем попусту себя изводить.

– Я знаю. Спасибо, доктор.

– Кстати, я далеко не всегда разглашаю секреты пациентов, как в случае со старой миссис Диллон. Если разговор пойдет тебе на пользу, я готов держать язык за зубами. Обычно я так и делаю.

– Вы не обязаны мне это объяснять, доктор Пауэр. Я же помню, как хорошо вы относились к моему отцу.

Тем не менее Анджела была непреклонна. Она поблагодарила доктора и сообщила, что отправится прямиком в аптеку, пока та не закрылась. Мисс О’Хара устало улыбнулась, и Пэдди заметил у нее под глазами темные круги от бессонницы.

Насколько он знал, Анджела изводила себя не из-за мужчины. В их маленьком поселке об этом давно бы прознали. Еще менее вероятной представлялась версия о случайном сексуальном контакте и нежелательной беременности. Анджела О’Хара не лишилась бы сна из-за чего-то подобного. Когда выяснилось, что одна из воспитанниц монастыря забеременела, Анджела повела себя решительно и смело.