Неукротимая Лея

Конечно, теперь, когда ему сорок два и он не тренируется, уровень подготовки уже не тот, но все-таки… А самое главное, что в этом, именно твоём случае он использовал клейкую ленту, что является новым в его поведении и характеризует как хладнокровного насильника с трезвой головой, идущего на преступление, используя для этого разные новшества.

– Теперь, думаю, это поможет нам в суде против него, так как адвокаты не смогут заявить, что он действовал в горячке, шоке, во время всплеска тестостерона, полнолуния, или по какой-то там еще причине.

– Такие вещи надо бы предусматривать, если не хочешь, чтобы случилось что-либо неожиданное, – сказала Лея. – Это я не вам, себе в упрек говорю, ведь я-то свои силы знаю, а противника всегда лучше переоценить, чем недооценить.

В полдень следующего дня она в здании мэрии в торжественной обстановке получила из рук самого мэра памятный подарок, а также чек на энную сумму. Подарок она позднее аккуратно уложила в багажник своего автомобиля, а чек с приличной суммой, указанной в нём, переадресовала в фонд помощи больным деткам.

К вечеру того же дня Лея вернулась домой, где обняла своего супруга Александра, а позднее они уже вместе отправились домой к родителям Леи. А спустя всего неделю после этой истории, сверив все исходные данные, Лея поняла, что беременна.

Турецкий променад

– А почему эта девка у тебя в наручниках? – спросил «покупатель» по имени Каракюрт у Серкана, старшего охранника, указав на высокую хорошо сложенную брюнетку в ободранной одежде, стоявшую первой в группе испуганных девушек, жавшихся к стене трюма; кисти её рук спереди были густо перехвачены клейкой лентой.

Тот глубокомысленно улыбнулся, собираясь промолчать, но охранник Тургай, работник новый и еще не умеющий сдерживать свои эмоции, прыснул от смеха.

– А он хотел её отвести в душевую комнату и там с ней поразвлечься, так она врезала ему ногой по челюсти.

– Ногой по челюсти, говоришь? – спросил Каракюрт, хватая Серкана пальцами за подбородок, на котором действительно имелся свежий кровоподтёк. – А ведь она могла ударить ниже пояса и всё «хозяйство» тебе повредить.

– Да оставь, я просто воспитать её хотел, чтобы коллектив не мутила, – сказал тот, сморщившись от боли.

– Да, девка видная, – сказал Каракюрт, еще раз взглянув на девушку.