Буря в бокале

Так тихо насвистывая себе под нос и размышляя, Фред миновал пологую вереницу утопающих в зелени холмов, за которыми старый тракт плавно переливался в новый становясь заметно шире. На обочине то тут, то там начали попадаться островки мусора, высушенные жарой остатки жизнедеятельности животных и прочие ставшие не в надобности или сломавшиеся в дороге предметы. Дорожный указатель, приколоченная к тёмному изъеденному древоточцем столбу стрелка своим острым носом смотрела в небольшое ответвление от основной дороги, где располагалось деревня «Каменные рощи».

Наемник, усилием воли подавил нахлынувшее желание повернуть туда, дабы, укрыться в тени, насладиться холодным квасом и пасторальной картиной сельской неспешной жизни. Жара достаточно измотала, иссушила его, но он всё же сумел взять себя в руки, откинув прочь эту соблазнительную мысль, не желая терять время на отдых. Тем более, как он считал в свете провала операции – незаслуженный, продолжив дальше свой путь, из-за чего был удостоен от Кори укоризненным взглядом.

Только под вечер, когда последние лучики дневного светила, прощаясь, покидали грешную землю Нойс, наконец, смог перевести дух и отдохнуть. Раскинувший свои объятия придорожный трактир, носивший непритязательное, но очень точно подобранное название « У дороги», буквально манил, как огонь манит мотыльков, уставших от долгого перехода путников. На первом этаже из настежь распахнутых окон лился приятный глазу жёлтый свет, а аппетитный запах жарковья приятно щекотал ноздри, обещая желудку все прелести вкусной еды.

Фред подъехал к крыльцу, и как можно аккуратнее, чтобы не задеть побаливавшую ногу сполз с покорно застывшего мула. Стоило ему стать на свои двое, как тут же, дверь трактира распахнулась, словно там за ней только и ждали этого момента, и на пороге возник мужчина с габаритами, внушающими уважение.

– Рады Вас приветствовать достопочтимый синор в новом, совсем недавно открывшемся гостином дворе « У дороги»! – заученной фразой отрапортовал низенький с чёрными вихрами синор, на вид, которому было никак не меньше тридцати и никак не больше пятидесяти лет.

– Здесь вы всегда сможете по вполне приемлемой цене утолить голод и найти ночлег.– Продолжил он говорить, чуть неуклюже спускаясь с деревянного свежеокрашенного в зелёный цвет крыльца.

– Йозеф Кранчик,– представился он, схватившись тяжелой рукой за уздечку мула. От такой фамильярности Кори фыркнул зло, покосившись на него исподлобья.