Буря в бокале

Аппетитный запах специй заставлял непроизвольно выделяться обильной слюне во рту. Не даром со всех районов города к Пузо приходили люди. Кто хотя бы один раз попробовал это блюдо, никогда не сможет позабыть его вкус и непревзойдённый аромат.

– А, это эксклюзивная штука, из моей личной коллекции.– Он поставил на стол бутылку из темного стекла. – Скрутиловка приготовленная в год «Жирного посева».

Мандарин удивлённо присвистнул. – Да, ведь это же самый лучший урожайный год нашего заканчивающегося века! Я думал, королевский двор полностью выкупил эту партию?

– Как видишь не всё, досталось власть имущим!– ухмыляясь, расплылся в широченной улыбке Пузо.

Услужливо расставленные бокалы смазливой официанткой, по всей видимости, новенькой, Фред не помнил, чтобы она раньше тут работала, быстро наполнились янтарной жидкостью.

–За, столь радушного хозяина этого чудесного заведения!– воскликнул Мандарин, вставая на ноги.

– За выдающегося кулинара и винодела современности!– поддержал его Нойс, тоже поднявшись.

– За, таких славных людей, как вы синоры!– краснея от удовольствия, заключил Сэм.

Мужчины осторожно чокнулись, дабы, не дай бог не пролить ни единой капли, столь бесценного напитка и благоговейно поднесли ко рту бокалы.

– Великолепно, лучше всех похвал!– по достоинству оценил Фред скрутиловку Пузо, не припоминая когда пил последний раз, такой мягкий насыщенный нежным ароматам напиток.

– Не сомневаюсь, подобный нектар подносит Мирус, когда праведник входит в его чертог!– вынес свой вердикт Мандарин напитку.

– Я рад, что вам понравилось синоры.

Скромно поблагодарил раскрасневшийся то ли от похвалы, то ли от выпитого Сэм и, извинившись, поспешил, к вошедшим в трактир новым посетителям. Судя по дорогим одеждам, военной выправке и высоким шляпам гостей из Бухантуса. Не успев появиться, они плотно завладели всеобщим вниманием. Разговоры, о предстоящем браке двух дворянских родов резко поутихли.

–Кто заказчик?– чуть погодя спросил Мандарин, подняв вверх вилку, в которой дымилась лоснящаяся жиром колбаска.

Фрэноса немного смутил вопрос друга, произнесённый так вот в лоб. В столь специфической среде, где они оба вращался, не принято было называть имена нанимателей. В том числе, это оговаривалось при заключении контракта, естественно не гласного, ибо по понятным причинам не могло быть и речи, чтобы оформлять его письменно.