Буря в бокале

Спрос рождает предложение и покуда в город везут деньжата желающие спустить их, ничего не поменяется, разве что деньги начнут течь в другой карман.

– Ты слишком преувеличиваешь всё. Королю достаточно поменять казначея, чтобы изменилась сама суть налоговой политики. А с ней и уклад горожан.

– В таком случае ответь мне, кто будет кормить всех этих дармоедов из столицы.– Мандарин произнёс это, чуть громче и сидящие через пару столиков буханы, повернули в его сторону головы.

– Тише говори, ещё не хватало столкновений представителей двух городов накануне торжества.

 – Шикнул на него Нойс.

– Пусть слушают. Напиток правды всегда имеет горький привкус.

Выдержанная скрутиловка Сэма всё же возымел действия. Мандарин, который до появления Фрэноса уже успел пропустить, заметно осоловел.

– Я горд, что родился пьяном! И да, здравствует Пьянтуз самый свободный город Бурляндии!!! – громко воскликнул он.

Находившиеся в трактире люди, преимущественно местные, поддержали его короткий спич, дружным гулом, закончившимся звоном соприкасающихся бокалов.

Выпить за родной город, считалось проявлением патриотизма. На лицах бухов промелькнула тень неприязни и раздражения. Оба города давно конкурировали меж собой. И если бухи, считали пьянов, торгашами, породнившимися с дикарями, то пьяны, лишь усмехались на эти нападки, приглашая посетить их город и естественно влить свои прихваченные в дорогу деньжата в общий финансовый круговорот Пьянтуза.

– Вот, смотри, что ты натворил,– укоризненно проговорил Фред.– Теперь весь остаток вечера народ будет горланить местные патриотичные гимны. Хоть бы Сэма пожалел, видишь он, как побелел. Эдак, ты ему всех бухов распугаешь, оставив без прибыли.

– Пшик!– пьяно фыркнул Мандарин.– Ему хватает и местных выпивох.

– Все мы разом сдвинем чарки, песню славную запоём!!!

Зычным басом завёл неофициальный гимн города седой старик, к нему тут же присоединился не стройный хор подвыпивших посетителей.

(Для полной ясности, следует добавить, что официального гимна Пьянтуза не существовало в природе, вернее, на бумаге он должен был иметь место, но дальше намерения написать гимн городу, местные власти так и не продвинулись ни на йоту)

– Всё уходим.– Принял решения Фрэнос, подтягивая Мандарина к себе.

– Ты не понимаешь, это глас народа. Высокое единение людских масс на ниве всеобщей любви к родному краю.