Тень Рассвета

Они стольких убили и перебьют ещё больше… Ты задаёшься вопросом, кто я?! Скоро ты узнаешь, узришь меня».

– Жень, что с тобой? – Санёк похлопал меня по плечу. – Что с тобой происходит?

Покачав головой и улыбнувшись, я произнёс:

– Братан, всё нормально, не кипишуй… – после чего пошёл дальше…

Казалось, что тоннели были нескончаемыми, тьма, рельсы, шпалы и сырость… Сколько мы уже шли, я даже не знаю. Телефон сдох ещё наверху, а наручные часы я давно не таскаю. И вот мы остановились у непримечательной гермодвери.

Кстати, таких по пути было много, однако только эта имела номер ноль пять потускневшего красного цвета. У двери был кодовый замок и домофон. Полковник так и не смог ни с кем связаться, после чего ввёл код, предварительно сверив его с имеющимся на персональном коммуникаторе. Щелчок, скрип – и дверь открылась.

– Значит так, мужики, всем надеть кислородные маски. Под нами армейская лаборатория. Так как нас никто не встречает, есть вероятность биологической опасности. Так… – полковник посмотрел на нас двоих.

 – У вас, хлопцы, противогазы имеются?

Мы кивнули и достали свои противогазы. Полковник, улыбнувшись, продолжил:

– Отлично, сынки, дальше будет веселее, будьте внимательны. Вы замыкаете группу, наши жизни в ваших руках! Так что, братки, не подведите!

Я думаю, кто хоть раз в жизни надевал противогаз, ходил в нём и тем более бегал, знает, насколько это неудобная штука. Воздуха не хватает, маска запотевает, благо на нас не был надет ОЗК, это было бы слишком жестоко… Капитан нараспашку открыл дверь и первым осторожно зашёл внутрь, внимательно и, главное, быстро осматривая каждый сантиметр, водя параллельно дулом своего сто третьего.

К моему счастью, внутренний голос, недавно достававший меня, притих, хотя в душе хотелось бы услышать подсказку от него…

За дверью нас ждала лестница под наклоном, идущая вниз. К счастью, лестница освещалась стационарными светильниками, которые через раз мерцали. Не спеша, в полуприседе мы начали спускаться вниз.

***

Взрыв, потом второй, автоматная очередь, крики – так нас встретило подземелье за дверью.

Стрельба продолжалась достаточно долго, разобрать крики было невозможно, звуки стрельбы оглушали беспощадно. Может, эти ГРУшники и привыкли к такому, однако мои ушные перепонки как-то не очень, отчего я сразу же приложил ладони к ушам, в которых безумно звенело. Хотя, отстреливаясь от тварей на станции метро, я особо не обращал внимания на звуки стрельбы и их последствия.