Холодный мир

– И вот что они обнаружили.

На экране включается видеофрагмент: черная точка на фоне горящего Солнца, которая постепенно увеличивается, принимает форму продолговатого объекта, а затем мерцает секунду или две, прежде чем видео обрывается.

Судя по тому, что у Ларсона отвисла челюсть, он узнал это только что, так же как и я. Раньше ему это было не нужно.

Я же хоть и не знал, к чему это все приведет, но после данных, полученных с зондов, я ждал чего-то подобного. Мозг просто переполнен вопросами, и, похоже, Фаулер к этому готов.

– Сколько подобных артефактов вы обнаружили?

– Один.

– Он заметил отправленный НАСА зонд?

– Да.

– Реакция?

– Зонд уничтожен.

Я оцепенел, а в голове замелькали яркие картинки. Агент Ларсон наконец смог вымолвить хоть слово, точнее, целых семь – и все без толку:

– Эй, что это, черт возьми, такое?

– Пожалуйста, потише, мистер Ларсон. – Фаулер не сводит с меня глаз.

– Они предприняли какие-то действия после уничтожения зонда? – спрашиваю я.

– Возможно. Но мы не уверены.

– В каком смысле?

– Зонды отсылали информацию на МКС, которая минутой позже была уничтожена какой-то солнечной активностью, как, впрочем, и все спутники на орбите.

– Думаете, они старались предотвратить передачу данных?

– Это наша рабочая версия.

– А что стало с командой МКС?

Лицо Фаулера искажает болезненная гримаса, и он отворачивается.

– Они погибли при атаке. Все, кроме одной – она все еще там. Мы пытаемся ее спасти, но не уверены, что получится.

Не желая заострять сейчас внимание Фаулера на этом, я киваю, чтобы он продолжал.

– Что вам еще известно?

– На данный момент больше ничего.

Я начинаю прокручивать в голове возможные сценарии и понимаю, что часть населения будет пытаться спастись, распевая «Аве Мария». Проблема только одна – слишком мало данных. Нам нужно четко понимать, с чем мы имеем дело.

Ларсон только в замешательстве трясет головой.

– Кто-нибудь вообще объяснит мне, в чем дело?

Я спрашиваю Фаулера только взглядом: вы хотите сказать ему?

Он отворачивается, что означает: Скажешь сам, по-своему.

– Мистер Ларсон, мы не одиноки во Вселенной. А самая страшная часть состоит в том, что, кто бы там ни был, он либо не хочет вступать с нами в контакт, либо хочет нас убить.

11

Эмма

Наконец успокоившись, я разбираю запасы в капсуле. Здесь есть еда, вода и даже аптечка.