Холодный мир

Когда они поняли, что на карту поставлены их жизни и жизни их родственников, они захотели, чтобы мы нашли вас.

– А что с двумя другими?

– Один из них согласился на работу. Он полетит на одном корабле, а вы на другом.

– А последний кандидат?

Фаулер взглянул на Ларсона, выражение лица которого было настолько вялым, что складывалось впечатление, будто бы ему только что сделали лоботомию.

– Он не смог адекватно воспринять предлагаемую информацию.

– Неудивительно. С большинством людей будет то же самое, если не хуже.

Теперь уже я взглянул на Ларсона. Он олицетворял собой то, что случится с человечеством, когда оно услышит срочный выпуск новостей и поймет, через что ему нужно пройти.

– Этот секрет… слишком большой. Его не сохранить.

– Согласен. Поэтому нам надо торопиться.

* * *

Вертолет, который увозит нас из Эджфилда, заполнен солдатами. Нет, это не Национальная гвардия, а, похоже, спецназ. Все заняты, никто не моргает и не отводит взгляд, если на них посмотреть.

Мы летим на юг, и под рокот вертолетных двигателей я бросаю взгляд на солнце. Никогда не видел его таким – да что там! – на целый мир я всегда смотрел по-другому: жизнь, Солнечная система, Вселенная. Я чувствую, что перешел Рубикон и все уже не будет так, как прежде.

По необъяснимым причинам я хочу только одного: помириться с человеком, который для меня важнее всего – со своим братом.

Я включаю свою гарнитуру и обращаюсь к Фаулеру:

– У меня есть просьба.

Внезапно оборачивается Ларсон, у которого с момента выхода из фургона наконец-то прошли последствия лоботомии, и он вернулся к своему обычному поведению бойцовской собаки.

– У вас нет права на просьбу. Это было условием до…

– В чем дело, Джеймс?

– У меня есть брат. А у него жена и сын.

Фаулер кивает, поднимает глаза и неожиданно произносит:

– А теперь еще и дочь – ей десять месяцев.

– Да. И я хотел бы, чтобы у них было место в обитаемой зоне.

– Невозможно, – тут же рявкает Ларсон.

– Сделаем, – тихо произносит Фаулер.

– Он живет в Атланте.

– Шесть месяцев назад они переехали в пригород Чарльстона, Маунт Плезант, – похоже, директор НАСА помнит досье наизусть.

Я впечатлен.

– И это как раз по пути на мыс Канаверал.

Фаулер медленно кивает, а Ларсон смотрит на меня с ненавистью:

– Да вы, должно быть, шутите!

Я не отвожу взгляд.