В тени экватора

Утром Михаил не спеша отталкивался шестом от илистого дна, направляя свое «судно» вдоль берега. Его путь лежал на север, где, по его грубым подсчетам, и текла река Конго. Это единственная река в мире, что дважды пересекает экватор. Поэтому, держа курс точно на север, и к экватору рано или поздно выйдешь, а там и на нее наткнешься. Легко рассуждать в теории, но тяжело применять на практике.

Заметного подводного течения пока не ощущалось, «корабль» плыл в стоячей озерной воде, подгоняемый лишь переменчивым ветром и неизменным шестом.

Насквозь промокший лейтенант продолжал напористо двигать плот вперед. Повезло, что ветер не носил ураганный характер и часто дул в спину, помогая толкать плот на север. Оставаясь весь день в мокрой одежде на промозглом ветру, Кремнев здорово рисковал простудиться. Кое-какой запас сухой одежды имелся под рукой, но негде особо сушиться. Под крышей свитого на плоту гнездышка и оставалось незначительное пространство, недоступное ветру и дождю.

Хорошенько вымокнув и притомившись махать отяжелевшими руками, Михаил бросал «якорь», дополнительно «пришпиливая» плот к дну шестом, пропущенным сквозь щели в бревнах, и лез в домик перевести дух.

Скидывал мокрую форму, переодевался в сухую одежду, а сырое белье развешивал под крышей для просушки. После нырял под мягкие шкуры и, вытянув уставшие конечности, с наслаждением предавался отдыху.

Прошло три долгих дня. Дождь усилился, вода стала «вскипать» и пузыриться – верный признак затянувшейся на долгие дни непогоды.

Границы берега отодвинулись почти до самого горизонта. Теперь он со всех сторон стал надежно прикрыт сплошной водой, оставаясь один на один со стихией в центре построенного природой пресного моря.

Кремнев больше не пытался приставать к берегу, да и не угнаться за сушей. Вода семимильными шагами продвигалась по окрестностям, с каждым часом захватывая все новые и новые территории.

Переводчику надлежало строго придерживаться избранного им маршрута. «Погоня» за берегом ничего хорошего не сулила, вода разливалась вширь, и, теперь плывя по самой ее кромке, он непременно бы сбился с верного пути.

Интересно, но, затопив почти всю обитаемую сушу, глубина оставалась совсем незначительной. Пару раз Кремнев, поскользнувшись на мокрых бревнах, падал за борт, погружаясь в теплую, пахнущую тиной воду, и всякий раз удавалось ногами упереться в твердое дно, при этом голова непременно выступала наружу. Глубина практически повсеместно доходила ему по грудь.