Настасья Алексеевна. Книга 4

Настеньке тоже дали удочку, и она неожиданно для себя, наверное, случайно вовремя дёрнув леску, выбросила на лёд трепетавшую и запрыгавшую по люду рыбёшку, и от неожиданности кинулась на неё всем телом, чтобы она не ускользнула назад в лунку. А после удачной рыбалки все двинулись по льду на берег, утопая по колена в снегу. И тогда-то Степаныч посадил Настеньку к себе на спину и как пушинку нёс на себе до самой избы Старостина, в которой все весело обедали, пили вино и водку, пели песни, пока не прилетел за ними вертолёт.

Сейчас на спине Степаныча был норвежский журналист Юхансон. Держась крепко за плечи, ему было удобно, но неловко оттого, что русскому горноспасателю приходится его нести, как ребёнка. Но боль, ощущавшаяся в ногах пока он шёл, стала совсем невыносимой и он, не выдержав, сел. Ехать на спине, конечно, было легче, и Юхансон даже усмехнулся про себя тому, что с ним нет фотоаппарата. Его пришлось оставить в раздевалке, ибо, как ему твёрдо сказали, фотографировать в шахте запрещено из-за возможности взрыва метана от малейшей искры.

И вот надо же, такой смешной кадр упустить, как он едет верхом на русском парне. Но взрыв-то, оказывается, всё равно случился. И, как потом уже Юхансону удалось выяснить, в этот день произошло на самом деле вот что.

2.

Спешилов Пётр Павлович, сорокалетний проходчик с двенадцатилетним подземным стажем, почти два года назад приехавший в Баренцбург из Гремячинска Пермской области, находился в месте взрыва за несколько минут до того, как он произошёл.

Ему просто повезло, как, может быть, не везло никогда прежде. Он долго не мог сообразить что случилось.

Заканчивалась смена. Кое-кто уже направился к выходу. Но что это значит? Тут ведь не просто пройти по коридору, открыть дверь и выйти. Шахта – это много километровые штольни, или, как они здесь называются, уклоны, проходящие на разных глубинах подобно многочисленным щупальцам спрута, только не в морской воде, а в горной породе и угольных пластах. Если эти щупальца соединить в одну, то растянется она в этой шахте на сорок один километр.

Поэтому, прежде чем попасть к месту работы, а в данном случае это был забой двадцать восьмого южного конвейерного штрека, нужно было шахтёрам, открывая и закрывая за собой многочисленные двери переходов, добраться до электровоза и в вагонетках довольно долго спускаться к уклонам, по деревянным настилам которых ещё идти и идти вниз вдоль рельсового пути, служащего для перевозки различных грузов.