Зивелеос. Книга вторая. Поляна Лысой горы

А генерал, выходя с подполковником Скориковым из академии, на ходу распоряжался:

– Александр Васильевич, я сегодня и завтра буду заниматься учёными. Вы всё слышали и потому объяснения долгие не требуются. Ваша задача земная. Сейчас же найдите, где эта деревня. Поезжайте туда и выясните, ездят ли машины к этой горе. Если там действительно обосновался этот Наукин, то не летает же он там невидимкой. Наверное, продукты нужно завозить, научное оборудование, если он занимается наукой. Короче, движение какое-то должно быть, если там что-то есть.

И обо всём звоните мне в любое время дня и ночи, если что-то есть, конечно.

Следующим утром все собрались в Шереметьево на специальном вертодроме. Их в Москве было не так много, а шереметьевский оказался ближе всего к деревне Зареченка. К этому времени Дотошкину успел позвонить подполковник Скориков и сообщить весьма ценную информацию. Он рассказал не только, где именно расположена деревня, но и то, что по лесной дороге в сторону Лысой Горы жители деревни замечали несколько автомашин, преимущественно легковых, проезжавших, как правило, в тёмное время суток, но изредка случалось видеть и грузовой транспорт с каким-то строительным материалом.

Никто на это не обращал внимания, поскольку массового характера это не носило и могло быть обычной случайностью, когда водители просто сворачивали в лес ненадолго передохнуть.

Связывался Скориков и с метеослужбой Москвы, где его проинформировали о том, что небольшая метеостанция в районе деревни Зареченка интереса пока для них не представляет и после вывоза всего оборудования была законсервирована, а точнее заброшена.

Ровно в десять утра (командир экипажа утверждал, что никогда ещё не опаздывал с вылетом) все пассажиры сидели в салоне вертолёта, который не взлетел в это время, но включил двигатель, и мощные лопасти огромного пропеллера сначала медленно, а потом всё быстрее и увереннее стали разгонять из-под себя пыль, облаками разлетающуюся в разные стороны. Слушая внимательно ровный звук мотора, убедившись в том, что никаких сбоев или подозрительных шумов нет, командир нажал на рычаг, и машина, слегка приподнявшись, вдруг наклонилась носом вперёд и понеслась, будто желая резко клюнуть землю, но не клюнула, а пошла резко вверх, выравниваясь в полёте.

Командир любил лихо взлетать.

Через несколько минут после взлёта командир открыл дверцу кабины и пригласил генерала сесть на небольшой стульчик между ним и вторым пилотом.