Чудеса на каждый день. Правдивые истории из жизни Иван Иваныча, московского ветеринарного врача

Рабочие аккуратно вытащили клетку и покатили в холл. За ними пошёл дрессировщик – холёный красавец лед тридцати пяти с тонкими пижонскими усиками. Иван Иваныч сплюнул и пошёл следом. Остальные двинулись за ним.

Клетку закатили.

– Сколько весит? – спросил Петрович дрессировщика.

– Ну, килограмм, наверно, двести.

– Что, не взвешиваете?

– Нет. А у вас нельзя?

– У нас самые крупные собаки весят под девяносто, максимум. Весы только на сто пятьдесят килограмм рассчитаны, а он ещё и с клеткой.

Петрович ушёл в хирургию набирать наркоз.

– Как зовут-то? – спросил Иван Иваныч.

– Амур, – ответил дрессировщик.

– М-да, без фантазии, – буркнул врач. – Значит так. Сейчас доктор наберёт наркоз, будем готовы. Ваши прижимают зверя, врач колет. Тигр уснёт, Петрович даст отмашку, можно открывать и заходить. Вы ошейник меняете, дальше Петрович уколет в вену другой препарат, чтобы лучше отходил от наркоза.

– Да, хорошо. Спасибо!

Сидоров ходил вокруг клетки, фотографируя тигра. Амур лежал на полу, временами поворачивая голову из стороны в сторону. Усы его топорщились, кончик хвоста слегка похлопывал по полу.

Наконец вышел Петрович, из обоих карманов у него торчали двадцатикубовые шприцы.

– Ну, поехали?

Рабочие подошли к клетке. Дрессировщик взял палочку, такую же пижонскую, как и его усы, сунул в клетку и начал тыкать зверя.

– Ну, Амурчик, вставай, мой мальчик, давай, не ленись.

Тигр огрызнулся и попытался отмахнуться от палки. Это не очень получилось, и Амур, рявкнув сильнее, нехотя поднялся на ноги.

– Двигайте.

Рабочие двинули прижим и зафиксировали Амура между двух решёток. Зверь рычал, огрызался, но деться никуда не мог. Петрович прицелился и с размаху воткнул в бедро шприц из левого кармана.

– Слегка отпустите, это пока премедикация была.

Прижим ослабили, так, что тигр не мог двигаться, но и не был в зажатом состоянии. Он скалился и тряс головой.

Пятнадцать минут поскучали. Наконец Петрович опять дал отмашку. Бедного тигра вновь зажали, и врач воткнул в то же бедро шприц из правого кармана.

– Отпускай.

Рабочие оттянули прижим назад. Тигр, уже со слегка осоловелым взглядом, продолжая демонстрировать клыки, отошёл от решётки. Неуверенно походил по клетке, потом лёг.