Чудеса на каждый день. Правдивые истории из жизни Иван Иваныча, московского ветеринарного врача

Чудеса на каждый день. Правдивые истории из жизни Иван Иваныча, московского ветеринарного врача

Евгений Назаренко

Это только у Айболита пациенты начинали выздоравливать уже только от того, что он ставил им градусники. В реальности же в ветеринарной клинике всё происходит… несколько сложнее. Хотите заглянуть в одну такую клинику «изнутри» и увидеть, как ветврачи работают ежедневно? Тогда вперёд! Обещаем, будет весело (хотя и не всегда).

Евгений Назаренко

Чудеса на каждый день. Правдивые истории из жизни Иван Иваныча, московского ветеринарного врача

Специалист со стажем

Иван Иваныч глотнул воды из бутылочки и сказал ассистенту:

– Приглашай следующего.

В кабинет вошли трое детей. Старший мальчик вынул из-за пазухи и выложил на стол рыжего хомячка. Хомяк дышал неровно, глаза его были закрыты, по всем признакам бедолага был уже не жилец.

– Ну-с, дорогие мои, рассказывайте, что с вашим питомцем приключилось.

– Да вот, дяденька, Петька наш два дня не ест, а сегодня и не встаёт.

Иван Иваныч был весьма опытным врачом, что касалось болезней кошек и собак. Но – так уж сложилось – хомяков никогда в жизни не лечил, и что с ними делать, не имел представления. Но животное на приём принесли, делать что-то надо было. Хотя бы видимость. Впрочем, состояние хомяка задачу облегчало.

– Не ест? Так он, наверно, не хочет. Ну у вас бывает, что вы суп есть не хотите? А что ж, по-вашему, хомяк хуже? У него тоже свои желания есть, и уважать их надо всенепременно.

Дети подняли глаза на врача.

– А сколько лет Петру-то вашему?

– Да мы не помним, – сказала девочка, – то ли два годика, то ли три с половиной…

– Ну вот, пожалуйста, – солидный хомячий возраст, как не крути. Уже, знаете ли, имеет хомяк право что хочет делать, а чего не хочет – нет. А вы-то и возраст не помните, с днём рождения не поздравите никогда… Дома у вас где он живёт?

– В клетке.

– А клетка с колесом?

– Да.

– Вот! – назидательно поднял Иван Иваныч вверх палец. – Каждому существу, ежели с детства в клетке бегать приходится, когда-то это всё надоедает. И начинает оно протестовать. Не хочу, говорит, быть бегуном, хочу ощутить себя личностью! Иди-ка, Пётр сюда. Отчество-то у вашего Петра какое?

– Мы не знаем, – робким шёпотом ответил младший мальчик.

– Да-да! – Иван Иваныч с грозным выражением лица опять поднял палец и потряс им в воздухе.