Любитель закатов на Палау

Но некоторые пытливые умы стремились понять. Пытливые, но глупые. Считать гигантские раструбы антеннами для связи с родным миром, скульптурами, инопланетными деревьями или даже хозяевами истязавших нас «богомолов» было наивной глупостью. Я был уверен, что это обычные распылители, на разной высоте и с разной интенсивностью выбрасывавшие в атмосферу переработанные в легкоусвояемые растениями удобрения из белка и жира. Те самые удобрения, от которых вдыхаемый воздух смердел трупной вонью. Не только воздух. Все вокруг пропиталось им, даже мы сами.

Довольно скоро к этому зловонию все привыкли и не замечали, но иногда сознание будило остатки памяти о прежней жизни со свежим прозрачным воздухом, бескрайним голубым небом, кристально чистой водой…

Я с отвращением сглотнул, пытаясь избавиться от зловонного комка в горле и давя рвотный позыв.

– Ради этого все и делалось. Циатея ждала удобного случая, чтобы послать сигнал. А еще она ждала расплода самого удачного эволюционного продукта – людей.

– Расплода? Продукта? Людей? – растерянно спросила Жанна, явно потеряв нить моих рассуждений, но при этом не утратив интереса к самой истории.

– Да, людей. За каких-то пару десятков тысяч лет мы как биологический вид размножились до восьми миллиардов особей. А еще нам самим нужно было питаться, поэтому мы дополнительно расплодили кормовой скот, птицу и рыбу. Это оказалось куда эффективнее прошлых миллионов лет полуголодного прозябания в ожидании взрывного развития в животном царстве. Если раньше все эти питательные наборы в виде рептилий, динозавров, млекопитающих и прочих рыб в беспорядке бегали по лесам и степям, кое-как размножаясь и время от времени своими бренными останками подпитывали царство растений, то человек тысячекратно сократил этот период.

Жанна раскрыла было рот и тут же звонко, с клацаньем зубов поспешила захлопнуть его, сама испугавшись своего же незаданного вопроса.

– Да, – кивнул я, и без слов поняв этот вопрос. – Это не первое вторжение.

– Да иди ты!

– На Земле было несколько эволюционных взрывов, когда линейное развитие жизни вдруг сменялось экспоненциальным пиком.

Правда, каждый такой пик всегда заканчивался полнейшей стагнацией, после чего жизни приходилось начинать развитие чуть ли не с нуля. Палеонтологи такие периоды называют глобальными вымираниями и объясняют их нелепыми естественными причинами. Например, про убивший динозавров метеорит ты наверняка слышала. Но это чушь. Не было никаких естественных причин.