Любитель закатов на Палау

К концу смены нам предстояло несколько раз ее наполнить.

– Что-то в этом есть, – Жанна стояла и в задумчивости, сама не замечая, слегка кивала. – Неспроста же мы сортируем весь этот пластик. Может быть формируем элементную основу для новой нефти.

«Богомол» окрасился сиреневым, сигнализируя начало работы и сразу тремя манипуляторами подхватил с земли кусок полистирола, демонстрируя нам «техзадание» на смену. Мы облегченно выдохнули. Собирать полистироловый мусор было куда проще превращенного в жалкие ошметки полиэтилена или ставшего ядовитой трухой поликарбоната.

– Почему бы и нет? – я пожал плечами.

– Они его едят, – как всегда неожиданно и громогласно подал голос Мишка.

– Чего?! – Жанна хохотнула. – Ты бы лучше и дальше молчал!

– Почему же? – неожиданно для самого себя я вступился за недалекого умом гиганта. – Известны случаи, когда насекомые не прочь перекусить пластиком. Личинки восковых огневок могут есть полиэтилен и даже этот полистирол. Но не в таких количествах, конечно же.

Мы работаем на небольшой части огромного полигона. Здесь триллионы тонн различного пластика. Такие объемы никому не съесть. Тем более, такой пластик. Это уже давно просто мусор.

– А может, он такой и нужен? – подхватила чужую идею Жанна. – Типа, деликатес. Вроде сыра с плесенью для нас.

– Нет. Для технически развитой цивилизации, способной путешествовать между галактиками, изготовление любого пластика и в любых объемах не является проблемой. Здесь явно что-то другое.

– Но тогда зачем это все?

– Да кто ж их знает, жуков этих…

– Давай, колись! – если бы не страх наказания, Жанна наверняка толкнула бы меня, дружески подначивая. Она даже замахнулась было, по привычке, но потом быстро переключилась на мусор, судорожно сгребая в охапку все подряд. – У тебя ведь наверняка есть какая-нибудь хитро вывернутая идейка?

Я кивнул.

– Есть. Даже не одна. Было время, когда я считал наш труд повинностью. Вроде наказания. Для этого нам и сохранили жизнь.

Миллиарды пустили на удобрения, а самых сильных и здоровых заставили расчищать нами же загаженную планету. А потом я отказался от этой идеи. Глупость это. Такими темпами и в таких условиях мы наверняка закончимся раньше, чем неубранный пластик. Мы слабы и неэффективны. Машина вроде того же «богомола» может работать безостановочно и сделает тысячекратно больше и лучше. Поэтому сейчас я уверен, что над нами проводят социальный эксперимент. Нас изучают.