Полтергейст

Учится со мной в одной группе. Красивая. Стройная. И, главное, умная. Вот и все характеристики! Но к тебе я ее ревновать не буду. Я же знаю – ты ищешь принцессу! И к тому же, ты настоящий друг! А друзья не предают! Так же? – Володька засмеялся, – Шучу! Буду ревновать! И знаешь почему? Потому, что я влюбился! А влюбленные, они такие вот немного помешанные! Они как лоси во время гона – готовы во всех видеть своих соперников! Опять шучу, но ведь в каждой шутке есть доля правды! Ладно. Пока. Созвонимся!

Гена еще раз убедился в настоящей дружбе с Володей.

Через два дня после их разговора, ему позвонили и предложили выйти в следующее воскресенье на работу на мясокомбинат. И работа эта продолжалась почти все выходные, за исключением каникул, в течение полутора лет. Одно удручало – после знакомства с производством, Гена перестал есть любые колбасные изделия.

Мясокомбинат стал палочкой-выручалочкой для Гены. Теперь он мог, приезжая на каникулы, вручать бабушке часть сэкономленных ее же денег.

Конечно, совсем отказаться от помощи пока он не мог, но это уже было первым шагом к самостоятельной жизни.

Радовали новости из дома. Мама все-таки пошла на работу. Старики были не менее счастливы, глядя на счастливую дочь. Весной приезжал Андрей Владимирович с Ирой. Видно было, что он не ожидал увидеть бывшую жену в таком состоянии. Она легко и быстро справилась с сервировкой и подачей блюд на стол, не позволив приболевшей бабушке помогать ей. Шутила, рассаживая гостей и, даже вида не подавала, что обижается на что-то.

Хотя обижаться было на кого. Ира, вылитая копия матери, по-прежнему сторонилась ее.

–Ирочка, доченька! Скажи, почему ты так относишься ко мне?! Ты меня не любишь?! Почему?! Что я сделала не так?! – мама со слезами на глазах пыталась понять дочь, найти причину ее холодного отношения к ней.

–Мама. Я люблю тебя. Но мне с папой лучше. Я же и его люблю! Там, в Москве, у меня все есть! Там друзья, бабушка и дедушка! Вы же с папой сами решили разделить нас с Геной! Ему здесь хорошо, а мне там! А если вы с папой опять сойдетесь, где мы тогда будем жить?! Квартиру продали! Сюда я не поеду! Так что я буду жить в Москве у папиных родителей.

Они свою квартиру мне завещали! Я должна быть там! – Ира выдала все это с холодной уверенностью в правоте своих слов, – Ну а нам же никто не запрещает видеться!

Галина Федоровна была ошарашена откровением дочери, ее недетским цинизмом.