Аггент. Книга 1. Отпечатки Света

Женский голос, напоминающий пожарную сирену, прогремел на весь двор:

– На чердаке дети! Я их только что видела! Их надо немедленно поймать! Мерзкие мальчишки, вот уж я с вами разберусь!..

А Наташа и Сережа, который чихал уже без остановки, летели по чердаку не разбирая дороги, с грохотом роняя за собой старую рухлядь. Нырнув в люк, они даже не подумали остановиться и закрыть его за собой. Дети во весь дух неслись по лестнице. И вот уже спасительная дверь в их квартиру совсем близко! Только бы успеть добежать до нее раньше бегемота, который, топая и пыхтя, поднимается снизу по лестнице и жаждет кровавой расправы.

У самой двери дети остановились и согнулись пополам, чтобы отдышаться и успокоить сильно бьющиеся сердца. Наташа прижимала к себе шкатулку, Сережа держал кожаный футляр с подзорной трубой.

– Кажется, пронесло, – прошептал мальчик.

– Я бы этого не утверждала. – В проеме открывшейся двери стояла Галина. Брови ее были сдвинуты, ноги широко расставлены, а руки упирались в бока.

– Марш в постели! И чтобы ни звука!

Наташа, тихонько взвизгнув, чмокнула суровую воспитательницу в щеку, Сережа галантно склонил голову.

– Живее, живее! Я с вами еще потом разберусь!

Галина пропустила детей в прихожую и быстро заперла за собой дверь.

Но не успели дети добраться до своих кроватей и почувствовать себя в безопасности, как входная дверь начала ходить ходуном. Удары сыпались на нее не переставая.

– Эй, Галка, открывай! Ты что там, спишь что ли? – зарычала виновница этого шума: – Бери ключ от чердака и большой фонарь! Надо всех этих гадких детей выловить!

Галина, шаркая ногами, пошла открывать дверь.

На пороге стояла женщина и фырчала от ярости. Толстой назвать эту женщину было никак нельзя, потому что она была не просто толстая, а очень толстая и даже жирная. С круглым красным лицом, с несколькими подбородками, по которым градом стекал пот от непривычной физической нагрузки. Глазки толстухи были злобными и маленькими, но это не мешало им следить за всеми обитателями детского дома, включая персонал и самого директора.

Изольда Карловна Лягушкина, а это именно она, была завхозом и считала себя самой главной персоной во всем детском доме. Иван Иванович для нее был чересчур интеллигентным аристократом, она испытывала к нему почти материнские чувства. Это, однако, не мешало ей мечтать заделаться графиней Ложкиной, то есть стать его женой.