Столкновение

Скупщики таежных разносолов из Хабаровска рассказывали, что современный рэкет обзавелся манерами, галстуками, костюмами-тройками, юридической поддержкой и дань собирает с улыбками на лицах. Соответственно клиентам не так больно расставаться с честно заработанными деньгами. Пожав плечами в ответ на последнее заявление, Вадим молча повернулся к калитке. В спор и словесную перепалку влезать он не хотел, да и никогда не был особо силен в искусстве «базара», обычно довольствуясь кулаками. В школе его не задирали даже самые отъявленные двоечники, не боялся он и качка.

Был тот ненамного больше его самого.

– Стоять! – На плечо легла тяжелая рука.

– Руку уберите! – сказал Вадим.

– Мы не закончили разговор.

– Закончили!

– Не понял…

– Тут понимать нечего. Мне не о чем с вами разговаривать. Руку уберите!

– А то что?

Вадим скинул с плеча чужую руку, развернувшись к водителю джипа: когда и как он успел перейти на второе зрение – он не помнил, для него было важным, что его противник светился яркими цветами здоровья.

Он выпустил силу, мысленно прокачивая энергию через каналы на руках, действуя точно так же, как при лечении людей. Энергия сконцентрировалась на ладони и выстрелила в крепыша. Светящиеся жгутики на горле качка оказались передавлеными белым лассо, вытянувшимся из руки Вадима. Мужчина натужно задышал, потом скривился, хватаясь руками за горло, и рухнул на колени, пытаясь вдохнуть воздух.

– Отпусти его! Дарт Вейдер недоделанный! – раздался звонкий девичий голос.

– Проваливай! – сказал Вадим мужчине, освободив того от энергетического захвата.

Освобожденный перестал скрести руками по невидимой удавке, сделал глубокий вдох, порозовев лицом:

– С-с-сука… – прохрипел он, – падла, ты что творишь…

– Мало? Могу добавить! – вторая волна гнева чуть не захлестнула парня.

– Только попробуй! – донеслось со стороны машины. – Папа за Вадима тебя заживо похоронит!

– Проваливайте, – повторил «деревенский» Вадим городскому тезке и его звонкоголосой заступнице, демонстративно отвернувшись от четырехколесного «коня».

Он специально не обращал внимания на девчонку и не смотрел в ее сторону, чтобы не увидеть ауру и темные болезненные метки в разноцветье человеческого тела. Стоить только глянуть на говорунью, разглядеть наличие недуга, и он не сможет отказать в помощи. Понтовая девчонка въедет во двор на одной жалости, чего Вадим совсем не хотел, потому предпочел игнорировать болезных гостей. Пелагея Матвеевна наказывала не грешить.